Резким движением левой руки Алексей обхватил ему голову, приподняв ее, а правой рукой молниеносно, словно всю жизнь только этим и занимался, схватил со стола ножницы и воткнул очкастому в шею, удачно попав сразу в сонную артерию, куда и метил. Нет на свете инструментов точнее, чем руки фотографа.
Из‑под ножниц фонтаном хлынула кровь. Освободившейся правой рукой Алексей зажал очкарику рот, а левую продолжал крепко держать вокруг шеи. Через пару минут, когда судороги стихли и ноги жертвы перестали отбивать пятками лезгинку по ковру, покрытому теперь уже кроваво-красными узорами, Алексей осторожно опустил тело на пол. Проверил пульс убитого, чтобы избежать сюрпризов, на которые плохие парни способны сплошь и рядом. Особенно в кино.
Осмотрев комнату и не найдя ничего более подходящего для дальнейших возможных действий, чем аляповатые железные часы с кукушкой и маятником на толстой металлической цепи, он быстро снял часы со стены, проверил цепь на прочность и, приложив все оставшиеся силы, вырвал ее из часов. Кукушка выскочила и бодро пропела свою лебединую песнь.
Алексей взял цепь в обе руки и встал за дверью наготове. Охранник постучал в дверь минут через пять, что‑то громко спросил по-чеченски, открыл дверь и вошел.
Последующие пять минут Алексей душил его цепью. Они катались по ковру. Охранник, здоровенный, накачанный битюг, двумя руками пытался освободиться от цепи, кричал и хрипел. Потом дернулся с десяток раз, с каждым разом все слабее и слабее, и, наконец, затих.
Алексей сразу нащупал у него на поясе кобуру и, открыв ее, обнаружил то, что искал, — пистолет Макарова. Он не держал в руках оружия уже много лет, но руки все помнили, и пальцы, те, что остались, двигались сами. Алексей проверил магазин, который оказался полным, снял с предохранителя, взвел курок и снова подошел к двери.
Постояв без движения несколько секунд, Алексей открыл дверь, стоя сбоку от нее, не подставляясь сразу всем телом. За дверью, видимо, привлеченная криками, стояла худая старуха в платке с увесистым топором в руках. Он, не раздумывая, выстрелил женщине в лоб. Та выронила топор и упала навзничь, не проронив ни звука.
Рядом, у стены дома, стоял АКСУ, короткоствольный автомат без приклада. В хорошем бою вещь бесполезная, так как, по утверждению самих военных, он не стреляет, а просто плюется пулями, особенно когда разогревается ствол. Однако у нищих выбора нет. Алексей был уверен: в доме еще полно всякого оружия, но времени на поиски не было. Он подхватил ствол и стал искать средство передвижения.
В отсутствие вертолета Алексей был счастлив обнаружить за углом «Джип паджеро» второй свежести, без номеров, с затемненными стеклами. Ключ зажигания был в замке, и машина завелась с пол-оборота.






