ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Фрит, ещё недавно процветающий мир, стремительно и неотвратимо умирает. Магия его жителей слабеет, а там, где раньше были плодородные поля, раскрываются разломы, сочащиеся тьмой. Остановить Рия Альв Избранный светом. Разлом Ты приказала мне падать замертво, Перерождаться – и снова в путь. Будь я героем поэмы гекзаметром, Я бы восславил судьбу. Немного нервно. «Просто держи меня за руку» © Рия Альв, 2024 © Vlada OwO, иллюстрация на обложке, 2024 © ООО «Издательство АСТ», 2024 Пролог Вниз по кроличьей норе Свет перестает пробиваться сквозь облака. Небо укутано ими и предчувствием скорой грозы. Я не могу понять, что слышу: ее далекий рокот или грохот проезжающих по главной улице машин. Воздух тяжелый и влажный, но еще достаточно теплый для начала октября. Гроза нагонит меня быстрее, чем я успею добраться до квартиры. На мгновение кажется, что я вижу в небе белый росчерк молнии. – Ни с места! Лекционная полиция! Услышав оклик откуда-то сбоку, я замираю прямо посреди потока студентов. Меня тут же толкают в плечо, бросают что-то грубое, я огрызаюсь в ответ, но все же отхожу. Тогда наконец вижу ее. Она стоит под изогнутым деревом, чья раскидистая крона укрывает почти весь крохотный двор около универа. – Я не прогуливаю, пару отменили, честное слово! Помилуйте, госпожа офицер! – спешно оправдываюсь я и даже, как ни странно, не вру. – Да я в курсе, – улыбается самая лучшая староста на свете, когда я захожу к ней под древесную крону, – просто проверяю, чтобы ты не расслаблялся. – Тогда это злоупотребление полномочиями, – фыркаю я и засовываю руки в карманы. Она радостно кивает, да так энергично, что круглые очки опасно съезжают на самый кончик носа и чуть не падают. Привычным жестом она их поправляет и приглаживает растрепавшиеся от ветра стриженные под каре волосы. Проходящие мимо то и дело окликают кого-то из нас или сразу обоих. Здороваются. Прощаются. И бегут дальше, только

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сеть коридоров промелькнула неясным серым пятном, Лорд отвел Фрею в какую-то комнату и велел не выходить, пока он не вернется, а обо всем, что понадобится, просить присланных им слуг. Фрея так ни о чем и не попросила. Она вообще не помнит, как провела ту ночь.

Но все эти воспоминания были не самым страшным. Самым страшным оказалось осознание того, что мама умерла по ее вине, взяв на себя ее проклятие. Самым страшным оказалось осознание того, что мамы никогда больше не будет. И Фрея должна была за нее отомстить.

Фриг не спала всю ночь и проснулась только под вечер из-за волнения, что разрядами молний проносилось по замку. Но, выглянув из комнаты, Фриг не заметила особого оживления. Только поймав в коридоре пробегавшего мимо лакея, она узнала, что же стряслось.

Отец вернулся. И вернулся не один.

Когда Фриг, следуя за лакеем, влетела в комнату, то сначала увидела только отца. Он стоял, положив одну руку на кресло, развернутое к камину, и напряженно глядел в огонь, так, словно о чем-то думал. Фриг удивилась, почему он просто не сядет?

Вся неделя была слишком холодной даже для осени, и Фриг подошла поближе к камину, чтобы погреться. Только тогда она поняла, почему отец стоял. Кресло уже было занято.

Девочка, расположившаяся в нем, выглядела разве что немного помладше Фриг, но была такой болезненной и исхудавшей, что из-за изогнутой спинки ее и не увидишь. Кожа девочки показалась Фриг похожей на бумагу старых книг, желтоватая, тонкая и хрупкая. А глаза, тускло-зеленые и огромные

на остром маленьком личике, походили на запыленные стекляшки.

Эта девочка была такой слабой, потерянной и беззащитной, что Фриг сразу захотелось ее пожалеть.

– Кто это, папа? – спросила она, коснувшись отцовского плеча.

– Это… – он задумался на мгновение, – это твоя сестра.

– А я знала, чувствовала, что у Лорда нашего с мисс Сальвией что-то было, – говорила кухарка самодовольным взволнованным шепотом.

– Чувствовала она, тоже мне! Да ты запаха гари от своей сковородки не чуешь, не то что такого, – раздраженно ответила ей другая. – Никто во всем дворе не знал.

– Кроме меня!

– Тоже мне, избранная нашлась, никак Эрна благословила?

Первая кухарка уязвленно замолчала.

– Но Лорд-то наш – молодец, сразу девочку своей признал, только вот мисс Сальвию жалко, такая хорошая женщина была, – продолжала вторая.

– Жалко тут в первую очередь девочку. Мало того, что без матери осталась, так еще и Леди Хелл ее со свету сживет, да простят меня боги за такие слова! – встряла в разговор пробегавшая мимо с подносом грязной посуды горничная.

– Дура, ты еще погромче крикни, чтобы Леди услышала, – шикнула на нее кухарка, как раз та, что и завела разговор.