ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

+ Первобытный охотник, выживающий в проклятых пустошах. + Чернокожий вождь, ставший лучшим гладиатором империи. + Рыцарь в странных доспехах, о котором говорят, что он спустился с неба. + Эхо Древних Пролог Автор благодарит В.В.Пискарева, без поддержки которого эта книга никогда не была бы написана. Сородичи плотным живым кольцом окружили костёр, разведенный на большой площадке в центре стойбища варанхов. Сбившись плотной кучей поближе к теплому пламени, расселись дети. Слушали старого шамана, разинув рты и восторженно хлопая глазами. Чуть поодаль расположились взрослые, кто-то хмурился, кто-то весело скалил зубы. Но никто не шумел, вели себя тихо. Разве что изредка могли щелкнуть ногтями, давя вошь, или ненароком пустить ветры. Внешне безобразный, но всеми уважаемый, рассказчик восседал на шкуре громадного пустынного кота, расстеленной на плоском камне. Отсветы пламени плясали на его источенном морщинами и покрытом струпьями лице, а глаза вдохновенно горели. Словно в перемороженную картофелину вставили пару сверкающих бриллиантов. - В любом брюхе живут мелкие существа – червячки, слепыши, всякие личинки. И в тебе, маленький Чих, и в тебе почтенная Даха, - шаман выдержал небольшую паузу, задумчиво пошамкал губами, и продолжил. – Мы дарим им кров и пищу, мы – их боги, а они этого даже не понимают. Но чего ждать от глупых червей? У них нет глаз, чтобы видеть, и нет ушей, чтобы слышать. Шаман затих, а потом неожиданно резко возвысил голос: - Но мы-то с вами не черви! Мы видим и слышим! И потому чтим бога, внутри которого живём! Кто-то из самых маленьких испугался и заплакал. Раздался шлепок – понятливый малыш ойкнул и притих, обиженно шмыгая носом. Шаман продолжал: - Все мы живём в брюхе великана. Белые облака – это небесное сало, грозовые тучи – гнойные нарывы, прорывающиеся молниями и гнилостной влагой. Старик замолчал, обвел серьезным взглядом собравшихся, остановился

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но не для занебника же, тем более настолько известного и высокопоставленного. Тем не менее, Кевину отказали. Может из-за недавних слухов о смерти лорда Изумрудного, а может сказалось отсутствие неодоспеха – недоверие ощущалось достаточно явно. Члены Ордена извинялись, кланялись, чуть ли не на коленях ползали, но твердили в один голос, что без визиря Саида Янтарного доступ к стационарному звездуну запрещён. А визирь ныне пребывал на празднике кочевых племён и обещал вернуться через дня три-четыре. Так и не разобравшись, кто придумал эти правила, почему местный епископ не имеет доступа к активации молитвенника, как имел Фальвен в Орсии, Кевин принялся ждать. Хорошо хоть, что ожидание проходило не в тюрьме, а в довольно комфортных условиях. Гостевой покой при храме не имел излишеств, но оказался в меру уютным. Недостатка в воде и пище тоже не ощущалось.

Кевин знал Саида с первых дней миссии. Правда, их отношения не отличались особой теплотой – просто коллеги, не более. Импульсивный романтик, авантюрист и рубаха-парень Кевин казался полной противоположностью неторопливому, рассудительному и осторожному Саиду. Потому император и отправил первого лордом в Орсию – там не с кем интриговать, достаточно охранять границу и следить за порядком, а второго – визирем в Шарибад – один из самых ненадежных регионов империи, зону сложнейшей дипломатии, коварства и хитрости.

Три дня безделия пролетели быстро. Надо отдать Саиду должное: как только шарибадский визирь вернулся в резиденцию, первым делом он встретился с Кевином. Выслушал внимательно, посочувствовал, и, конечно же, организовал видеосвязь со столицей.

Императора в Цезариуме не оказалось, он всё ещё находился в Орсии. Сигнал принял примас Иган – старый друг, ещё более дружелюбный и приятный в общении, чем Александрикс. Для Кевина так даже было лучше – мучил стыд за то, как бездарно он просрал собственную вотчину, а разбираться с проблемой пришлось сюзерену. Неприятный разговор с императором в любом случае ещё ждал впереди, но лучше это сделать позже, когда собственные провалы закроются новыми достижениями и научными открытиями.

- Рад тебя видеть живым, дружище! – примас Иган выглядел по-настоящему обрадованным. – Мы тебя уже, считай, похоронили. Хоть и надеялись на лучшее – тело ведь не нашли, – но сам понимаешь…

- Да, понимаю… Признаться, несколько раз оказывался буквально в шаге от смерти…

Иган виновато развёл руками:

- Пытались искать, даже запрос наверх делали…

Кевин не ждал извинений, а потому беспечно отмахнулся и сменил тему:

- Иган, у меня есть уникальная информация, настоящий прорыв. Мы за сто лет столько не открыли, сколько я получил за последний месяц. Кроме того, со мной тут малыш в стазисе.