ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

+ Первобытный охотник, выживающий в проклятых пустошах. + Чернокожий вождь, ставший лучшим гладиатором империи. + Рыцарь в странных доспехах, о котором говорят, что он спустился с неба. + Эхо Древних Пролог Автор благодарит В.В.Пискарева, без поддержки которого эта книга никогда не была бы написана. Сородичи плотным живым кольцом окружили костёр, разведенный на большой площадке в центре стойбища варанхов. Сбившись плотной кучей поближе к теплому пламени, расселись дети. Слушали старого шамана, разинув рты и восторженно хлопая глазами. Чуть поодаль расположились взрослые, кто-то хмурился, кто-то весело скалил зубы. Но никто не шумел, вели себя тихо. Разве что изредка могли щелкнуть ногтями, давя вошь, или ненароком пустить ветры. Внешне безобразный, но всеми уважаемый, рассказчик восседал на шкуре громадного пустынного кота, расстеленной на плоском камне. Отсветы пламени плясали на его источенном морщинами и покрытом струпьями лице, а глаза вдохновенно горели. Словно в перемороженную картофелину вставили пару сверкающих бриллиантов. - В любом брюхе живут мелкие существа – червячки, слепыши, всякие личинки. И в тебе, маленький Чих, и в тебе почтенная Даха, - шаман выдержал небольшую паузу, задумчиво пошамкал губами, и продолжил. – Мы дарим им кров и пищу, мы – их боги, а они этого даже не понимают. Но чего ждать от глупых червей? У них нет глаз, чтобы видеть, и нет ушей, чтобы слышать. Шаман затих, а потом неожиданно резко возвысил голос: - Но мы-то с вами не черви! Мы видим и слышим! И потому чтим бога, внутри которого живём! Кто-то из самых маленьких испугался и заплакал. Раздался шлепок – понятливый малыш ойкнул и притих, обиженно шмыгая носом. Шаман продолжал: - Все мы живём в брюхе великана. Белые облака – это небесное сало, грозовые тучи – гнойные нарывы, прорывающиеся молниями и гнилостной влагой. Старик замолчал, обвел серьезным взглядом собравшихся, остановился

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Эх, ребята, вам бы хоть месяцок военного лагеря… А то вот так сразу неумехами в бой – это ж сколько поляжет… - бормотал себе под нос ветеран.

Такие речи никому не придали бы уверенности, но, на счастье, их почти никто и не слышал. Потные красномордые мужики старательно махали топорами да вилами. Ухали и крякали, приседая. А иногда и падали на задницы, неловко поскальзываясь.

- Эй, толстый, ты так свою бабу по сраке шлепать будешь, а врага рубить надо, а не гладить! – рявкнул сержант, оказавшись рядом с Боришем. Невезучий художник в ответ густо покраснел, но промолчал – перечить страшному одноглазому Яру себе дороже.

Однако Мишек приостановился и кашлянул. Воткнул вилы в землю. Он с детства не выносил несправедливость. Матушка говорила, потому что рос без отца – мало его в детстве пороли, вот и вырос непослушный. А сейчас за Бориша стало обидно – тот ведь старается как может, а его толстым обзывают. Да еще и про баб что-то, но Бориш ведь не мальчонка какой, он взрослый мужик, женатый даже.

- Чего стал? Хочешь показать, как надо правильно? – Яр опередил Мишека, пока тот искал подходящие слова. – Толстый, отдай ему тесак!

Бориш послушно передал своё оружие Мишеку. Тот взял тесак, исподлобья взглянул на сержанта.

- Деревянную колоду рубить – не велика премудрость, - хмуро сказал Мишек, - только враг – не колода. Он на месте стоять не будет, да и сам, небось, в ответ стукнуть горазд.

- Ха! Яйцо курицу учит! – искренне удивился Яр. – А ты, видать, смышленей прочих? И ведь дело говоришь, малец! Выходи-ка сюда.

На «мальца» Мишек еще сильнее обиделся, но выйти против самого Яра Глаза не решался. Это уж совсем надо было страх потерять или ума лишиться. И неважно, что сейчас в руке Яра не настоящий меч, а просто дубинка – ему и хворостины хватит, чтоб до полусмерти отметелить.

- Давай-давай! – поторапливал сержант.

– Если и боязно – это ничего. Лучше сейчас перебздеть, потом в настоящем бою смелее будешь.

Тело Мишека словно одеревенело – ноги и руки не гнулись, но хотя бы коленки не дрожали – и то ладно. На него смотрели сейчас все вокруг: Бориш со страхом и сочувствием, Шмелек с удивлением, приоткрыв рот, прочие мужики по-разному: кто с интересом, а кто безразлично, просто радуясь минутной передышке, которую дал им Мишек.

Конечно, настоящего поединка с Яром не вышло. Даже потом, когда прошел страх и Мишек действительно пытался достать старого сержанта, ничего не получалось. Раз за разом Яр выбивал у парня оружие, оказывался за спиной, давал пинка. Но, что удивительно, не насмехался, а наоборот хвалил и поддерживал. Хоть Мишек и чувствовал себя беспомощной размазней, его авторитет в глазах других мужиков даже укрепился. Обида на Яра тоже как-то прошла, улетучилась.