ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Поздняя беременность – это не только долгожданное счастье, но и огромный риск. А вокруг так много мошенников, которые наживаются на отчаявшихся женщинах, да и рынок подпольного суррогатного Татьяна Устинова, Павел Астахов Райский плод © Астахов П., Устинова Т., 2024 © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024 Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность. * * * Черный рынок материнства… Бессмысленное словосочетание? Увы, нет, жутковатая реальность. Тандем писательницы Татьяны Устиновой и юриста Павла Астахова – беспроигрышное сочетание, чтобы погрузиться в очень реальное описание будней беременной женщины и, к сожалению, не менее реального мира, где дети становятся товаром. Главная героиня цикла – судья Елена Кузнецова – столкнется в книге и с тем, и с другим. Сауле Каган, эксперт LiveLib На учет в женскую консультацию я встала по месту жительства. Сашка, конечно, вопила как резаная, что это неправильно и вообще опасно – пользоваться бесплатной медициной. Вообще с того самого момента, как моя взрослая дочь узнала о моей беременности, она только и делала, что вопила. И, как можно догадаться, не от радости. Я Александру, конечно, понимала. Девятнадцать лет дочь была единственным ребенком в семье, и тот факт, что она давно выросла, живет отдельно и фактически имеет собственную семью, ничего в этом раскладе не менял. Сашка отчаянно ревновала меня к будущему малышу и не могла в этом признаться. И скрыть это не могла тоже. – Ты хочешь оставить

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она с благодарностью приняла наше предложение.

– Я вам еще пригожусь, когда вас из роддома выпишут, – с грустной улыбкой сказала она. – Вам тоже грустно будет после того, как вы отказную напишете. И я со своим опытом смогу вас утешить.

Эта девочка еще и меня собиралась утешать.

– Нет, Настя. Когда меня увезут в роддом, ты уйдешь к себе, – твердо сказала я, понимая, насколько тяжело Лебедкиной будет находиться в одной квартире с новорожденным, видеть, чего именно она лишилась, а еще и каждый день лицезреть человека, осмелившегося поступить иначе и нарушить условия договора. То есть меня.

Остаток моей беременности почти ничего не омрачало. Сашка, приняв твердое решение не разговаривать с Гороховым, как-то успокоилась. К ней потихоньку возвращалась ее природная жизнерадостность. Натка и Костя вовсю готовились к первому в жизни их дочери Настюши публичному выступлению на коньках. Коллектив, в котором она занималась, подал заявку на участие в конкурсе юных талантов, который проводил Фонд бывшей олимпийской чемпионки, знаменитой фигуристки Тамары Канавки.

Два дня назад коллектив занял третье место в этом конкурсе. И на сегодня был назначен гала-концерт с показательными выступлениями всех участников. Мы приняли решение пойти туда всей семьей. Даже Сашка, которая до сих пор болезненно морщилась при одном упоминании фигурного катания, захотела поддержать Настеньку.

В семь часов вечера на трибуне Дворца спорта, арендованного для гала-представления, с удобством разместились Натка, Костя, Сенька, я, Сашка, Тамара Тимофеевна и Анатолий Эммануилович Плевакины, моя подруга Машка и два ее сына, а также Наткины старые друзья и почти родственники Сизовы, не чающие души в Настене. Вот такая у нашей девочки была солидная группа поддержки.

С нами пошла и Настя Лебедкина, с любопытством озирающаяся по сторонам. Она уже тоже почти восстановилась от своей послеродовой депрессии, вызванной в том числе и отказом от собственного сына, и готовилась через пару дней вернуться в свою квартиру, найти работу и выйти из академического отпуска. Я не сомневалась, что у нее все будет хорошо.

Настин коллектив выступал ближе к концу шоу, поскольку входил в тройку победителей. Зрелище, разворачивающееся на льду, было хоть и любительским, но довольно эффектным. Фонд Канавки не пожалел на него денег, и я этому радовалась. Хорошо, что в стране поддерживают маленьких любителей спорта и устраивают для них зрелищные конкурсы.

На трибуне было довольно холодно, по крайней мере, меня немного знобило, а еще неприятно потягивало низ живота. По прошлому опыту я знала, что так выглядят ложные схватки – предвестники родов, и совершенно не волновалась.