ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У новых хозяев всегда есть свое мнение что и как должно быть устроено в новоприобретенных ими владениях. Даже если там давным-давно завелась цивилизация – это не имеет никакого значения. Эволюция Генри Пролог По северо-западному радиусу заповедника Гранд Титон катил бело-синий додж рам восемьдесят восьмого года — свидетель тех давних времен, когда кому-то в городском совете было не наплевать на снабжение. Патрульный Харрис стрельнул взглядом на юного пассажира рядом. Пройдет еще какое-то время, прежде чем он сможет пожаловаться сыну на власти, профсоюз, дребезжащую подвеску и получить что-то более внятное, чем «угу». Генри было одиннадцать, и его внимание занимал только сотовый с какой-то цветастой игрушкой на экране. Нескладный, худощавый ботаник с тяжелыми очками и толстыми линзами на переносице, в темно-синем свитере до шеи — куда более похожий на мать, которая бросила Харриса пять лет назад и исправно тянула алименты из кармана. Но патрульный любил своего сына. И все два дня разрешенных судом встреч в месяц пытался быть рядом с ним. Даже сейчас — взял с собой на дежурство, уговорив диспетчера. Тот, впрочем, не сильно упирался. — Как дела в школе, боец? — Бодро спросил Харрис. — Нормально, — ответили ему, не отрывая взгляда от телефона. — Хорошо, — сжал он руль крепче и коротко выдохнул, то ли от наступившей неловкости, то ли от беспомощности как-то расшевелить ребенка. Харрис был крепко перед ним не прав — шесть лет назад он выпивал, и эти очки, вместе с сутулостью сына, были делом его слишком длинных рук. Так что к любви примешивалось еще изрядное чувство вины — оттого счета по алиментам оплачивались вовремя, а эти неловкие встречи, в которых было больше желания получить прощение, чем стремления увидеть, тяготили столь же сильно, как и радовали. Но каждый раз, два раза в месяц, он спрашивал сына о делах в школе — получал «нормально» и начинал ждать часа, когда ве

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Патрульный ростом куда как выше, так что успеет разглядеть всякое и остановиться, чтобы не травмировать Генри.

— Принял. — Щелкнул он кнопку рации.

— Слышал приказ, боец? — Обратился Харрис к сыну. — Пойдем, глянем. — Не удержался он от тяжкого вздоха.

Генри кивнул, подвигал ружьем и вопросительно посмотрел на отца.

— Нет, пока война не предусмотрена. Хотя, черт, — заволновался и сам Харрис.

Если волки действительно придут на запах крови… Забрать бы оружие у мальца себе, но этот его взгляд… Впрочем, был еще пистолет в напоясной кобуре — хватит, чтобы пугнуть сытого по осени зверя. Харрис достал свой «Глок-19» и неспешно зашагал вдоль просеки — глядя больше на сына и по сторонам, чем на разрушения природы, сотворенные неведомо кем.

Вскоре лес посветлел, выдавая близость открытого места — вон и рельеф горного хребта Титон виден за ветками. Харрис замедлился.

Только сейчас его кольнула мысль, что высокопоставленным ублюдкам, позволявшим себе охоту с вертолета, совсем незачем тащить добычу за собой — можно внаглую бросить ее тут же и приземлиться рядом, празднуя и веселясь возле окровавленной туши привычным для себя образом. И свидетели, особенно вроде Харриса с сыном, в таких ситуациях настолько не нужны, что их потом могут никогда и не найти.

Холод поднялся по пояснице, а вся затея с прогулкой выразилась прочувственно и емко в адрес диспетчера, пусть и была произнесена одними губами, чтобы Генри не услышал.

А ведь впереди действительно что-то слышалось, выбивающееся из обычного лесного шума — какой-то стрекот на пределе слышимости. Вот же дрянь. Хотя…

— Стой тут, за мной не ходи. — Харрис усадил сына на поваленное деревце и вручил ему рацию. — Вот эта тангента на вызов. Если не вернусь через десять минут, зажми и говори.

— Я с тобой, — поднялся было Генри, волнуясь. — У меня ружье.

— Мне просто глянуть и вернуться. — Отрицательно покачал головой патрульный, потрепав сына по щеке. — Тебе не надо видеть. Маленький еще.

Сын расстроенно понурил голову, но довод был ему знаком — оттого остался на месте.

Все верно — мелкий он еще для чего угодно, что может оказаться дальше. Харрис чуть потными от волнения руками взял в свободную от пистолета руку телефон и перевел на видеозапись.

Если там действительно сенатор, то этот билет в счастливое и обеспеченное будущее патрульный упускать не собирался. Весь риск в том, чтобы не попасться — а Харрис по лесу ходить умел. Свидетели, они ведь разные — одни внезапные, шумные и мертвые в диком лесу, а другие — подготовленные, незаметные и через пару часов в городе, живые и в окружении дорогих адвокатов.

Ну же, где вы там — вот и победный вопль слышен, резкий и неприятный. Глумятся над бессильным зверем, сволочи. Это вам, твари, миллионов в пять обойдется, не меньше.