ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У новых хозяев всегда есть свое мнение что и как должно быть устроено в новоприобретенных ими владениях. Даже если там давным-давно завелась цивилизация – это не имеет никакого значения. Эволюция Генри Пролог По северо-западному радиусу заповедника Гранд Титон катил бело-синий додж рам восемьдесят восьмого года — свидетель тех давних времен, когда кому-то в городском совете было не наплевать на снабжение. Патрульный Харрис стрельнул взглядом на юного пассажира рядом. Пройдет еще какое-то время, прежде чем он сможет пожаловаться сыну на власти, профсоюз, дребезжащую подвеску и получить что-то более внятное, чем «угу». Генри было одиннадцать, и его внимание занимал только сотовый с какой-то цветастой игрушкой на экране. Нескладный, худощавый ботаник с тяжелыми очками и толстыми линзами на переносице, в темно-синем свитере до шеи — куда более похожий на мать, которая бросила Харриса пять лет назад и исправно тянула алименты из кармана. Но патрульный любил своего сына. И все два дня разрешенных судом встреч в месяц пытался быть рядом с ним. Даже сейчас — взял с собой на дежурство, уговорив диспетчера. Тот, впрочем, не сильно упирался. — Как дела в школе, боец? — Бодро спросил Харрис. — Нормально, — ответили ему, не отрывая взгляда от телефона. — Хорошо, — сжал он руль крепче и коротко выдохнул, то ли от наступившей неловкости, то ли от беспомощности как-то расшевелить ребенка. Харрис был крепко перед ним не прав — шесть лет назад он выпивал, и эти очки, вместе с сутулостью сына, были делом его слишком длинных рук. Так что к любви примешивалось еще изрядное чувство вины — оттого счета по алиментам оплачивались вовремя, а эти неловкие встречи, в которых было больше желания получить прощение, чем стремления увидеть, тяготили столь же сильно, как и радовали. Но каждый раз, два раза в месяц, он спрашивал сына о делах в школе — получал «нормально» и начинал ждать часа, когда ве

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пристрелить бы — бравировал он, давя страх — да потом руководство со свету сживет. Редкий, так его, вид. Точно редкий — шептал беззвучно Харрис, выбираясь из ветвей и не сводя взгляда.

Птица резко дернула головой, остановив налитый золотом зрачок прямо напротив Харриса, и тут же резко развернулась к нему, приседая и поднимая крылья для широкого маха.

«- Да хоть последняя на земле!» — Пронеслось в голове, а палец уже давил на спуск.

Выстрелы ударили по ушам, один за одним, оглушая и заставляя щуриться. Он попадал — золотую птицу ощутимо шатнуло назад и в сторону.

А потом Харрис увидел, как распрямились золотые крылья, и десятки перьев, словно стрелы, выщелкнулись в его сторону, пробивая ему руки и грудь, ноги и живот. Но до того, как умереть, он успел сделать самое важное.

— Генри, беги!! — Заорал патрульный, в отчаянии фиксируя огромную тень, стремительно напрыгнувшую прямо на него.

Торжествующий клекот над грудью, прижатой узловатой лапой, и острый клюв твари, взрезавший брюшину, ненасытно потянулся к печени, разевая пасть.

Чтобы через секунду содрогнуться от мощного залпа дробью почти в упор, разорвавшего изнутри глотку, глаза и мозг монстра.

Кое-как поднявшись с земли от отбросившего его выстрела, Генри подслеповато поправил съехавшие вниз тяжелые очки, и торопливо кинулся к отцу.

Наверное, он кричал и звал, пытался дозваться и отчаянно выл, зажав тангенту рации. Но когда рейнджеры нашли их и забрали Генри к себе в машину, в памяти его все было гулко и пусто.

— Ты в порядке? — Тормошил его сопровождающий, глядя взволнованно и с участием. — Парень, ты молодец. Ты отомстил за отца. Ты убил ее, боец.

Генри вздрогнул, только сейчас осознав, где он, и что они куда-то едут.

А еще он почувствовал, что в сжатой все это время руке что-то есть.

В газетах и по тиви о событиях в заповеднике так ничего и не рассказали.

Но золотое перо, поранившее руку до крови, но так и не показанное и не отданное спасателям, осталось с Генри до выпускного класса.

Глава 1

Бряцнул колокольчик, подвешенный над второй дверью ремонтной мастерской. Значит, кому-то хватило сил отодвинуть первую — железную и тяжелую, отсекающую не только уличную жару, но и случайных людей.

А еще это означало, что нужно прикрыть учебник по физике журналом с голыми бабами и хмуро глянуть на двух темнокожих пареньков, нагловато пялившихся через толстую решетку окошка. Все равно смотреть им особо некуда: весь зал для посетителей — это бетонный прямоугольник два на три метра, крашеный в бледно-желтый; серый пол и квадрат в стене с моим недовольным выражением лица. В общем, дизайн помещения располагает не тянуть время.

— Что у тебя? — Потерев уставшие глаза под очками, я демонстративно двинул рукой возле журнала, чтобы зацепить их внимание.