ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В любой человеческой судьбе всегда найдутся любовь и предательство, вера и разочарование. Так было и сто лет назад, и годом ранее. Судьбы, на первый взгляд такие похожие, но вместе с тем Алия Амирханова Марина Глава 1 В сороковом, перед самой войной, Наталья Никитина работала врачом в местной больнице, в маленьком городке Трубчевске, что в Орловской области. В этот город она приехала после окончания института и неподалёку от больницы снимала угол в частном доме у одной пожилой пары, которые не имели детей и жили одни. Хозяин дома Яков Семёнович постоянно болел, и пара с удовольствием потеснилась, пустив на квартиру девушку–врача. Будучи сиротой, двадцатичетырёхлетняя Наташа сразу восприняла хозяев дома как родных. Она привязалась к ним и сердечно о них заботилась. Хозяйка Прасковья Николаевна полюбила Наташу, как родную дочку, и души в ней не чаяла. Вскоре началась война. В их город надолго пришли фашисты. Наталья продолжала работать в больнице и ухаживать за больным Яковом Семёновичем, который уже почти не вставал с кровати. Последовали долгие месяцы оккупации. Жители городка выживали, как могли, и все по-разному. Освобождать Трубчевск советским войскам пришлось с боями. В городе базировался немецкий полк, и сопротивление фашисткой нечисти было ожесточённым. Уходя, фашисты лютовали. Взрывали работающие промышленные объекты на территории города и области, расстреливали пленных советских солдат, уничтожали зерновые запасы. Даже своих же немецких солдат, пытавшихся оказать помощь местному населению, расстреливали. Советские войска уже вплотную подошли к Трубчевску. Шли бои, фашисты отступали. Штабной капитан, оставшийся в городе для контроля над эвакуацией документов и медикаментов, заглянул в аптеку, чтобы удостовериться, что всё вывезли. Каково же было его удивление, когда он застал фельдфебеля медицинской службы заведующего аптекой Вильгельма Бакке отсыпающим медикам

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Столы ломились от всевозможных яств. Каждое село привезло в город что-то своё, и их Кокино тоже не поскупилось на подарки. Груши, яблоки, цветы с их экспериментальных участков повсюду радовали глаз. Через громкоговоритель присутствующих позвали в городской парк, где намечался праздник в честь открытия скульптуры поэта и певца Бояна. Мария с Сёмушкой и Таисия Владимировна протиснулись в первый ряд.

Секунда – и ведущий сорвал покрывало с памятника. Высокая бронзовая скульптура предстала перед взором присутствующих. Гордо, с устремлённым в даль взглядом, словно в будущее, восседал на скамье древний старец. В руках у него были гусли. Марина завороженно смотрела в лицо старца и чувствовала мощь и мудрость людей земли русской, которые через своё народное творчество смогли сохранить и донести до потомков великую историю своего народа.

Праздник продолжался. Сёмушка сидел в коляске, что было очень удобно и для Марины, и для Таисии Владимировны, и они спокойно гуляли по парку, где развернулись массовые гулянья.

– Мариночка, ноги устали. Я посижу вот на этой скамейке. Она в тенёчке, рядом оркестр играет. Музыку послушаю. Если хочешь, тоже садись.

– Вы посидите, я пройдусь вон до той аллеи.

– Это аллея славы наших героев, участников Великой отечественной войны. Сходи, милая, там и музей есть. Экскурсовод Трофим Яковлевич. Во всяком случае, раньше он был. Очень интересно рассказывает о военном времени! Сходи, а я пока здесь посижу. Сёмушку можешь оставить.

– Нет, нет, я вместе с ним. Вы отдыхайте.

С каким-то внутренним волнением Марина пошла к музею. Сердце её учащённо билось, и как не пыталась она угомонить его, ничего не получалось.

Музей находился в одноэтажном домике. Большая просторная комната. Повсюду на стенах висят фотографии. Через макеты воспроизведены партизанские землянки: их быт, оружие. Экскурсоводом по-прежнему работал Трофим Яковлевич. У него не было одной ноги, но несмотря на это, он ходил с кем-нибудь из посетителей по музею и собственными историями о тех событиях красочно разбавлял некоторую сухость, документальность фотографий.

Марина одна прогуливалась по музею и внимательно всматривалась в лица участников тех событий. Сёмушка спал в коляске и не отвлекал её. Одна достаточно крупная фотография привлекла Марину. На ней были изображены участники подполья города. Среди них была молодая девушка. Лицо девушки Марине сразу показалось знакомым. Возможно, она и хотела его там увидеть. Как бы то ни было, Марина замерла перед фотографией. Девушка приковала её внимание к себе. От волнения сердце было готово выпрыгнуть из груди. Ей даже стало трудно дышать. Рука инстинктивно потянулась к вороту, желая освободить горло, но оно было свободным, а дышать было всё равно трудно.