ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодости свойственны честолюбие и любопытство. Юрген Фромингкейт, стажер первого особого отдела Апперфорта, намерен добраться до всех чертей, которые завелись в тихом омуте провинциального Елена Артюшкина Голем © Елена Артюшкина, текст, 2024 © ООО «Издательство АСТ», 2024 Часть первая. Голем Глава первая Зима в Федерации Гезецлэнд в нынешнем году выдалась снежная и студеная, что Юргена совсем не радовало. Это детям хорошо кататься на санках в центральном парке да молоденьким прелестным керляйн, кокетливо улыбаясь, прогуливаться по посветлевшим улицам под ручку с рассыпающимися в любезностях воздыхателями. А когда ты блюститель закона на особой службе Канцлера и во втором часу ночи приплясываешь от холода в подворотне не самого благополучного района Апперфорта, хочется клясть и непристойно стылый декабрь, и хуренсона , из-за которого приходится морозить уши, а заодно и все прочие части тела вместо того, чтобы наслаждаться третьим сном в собственной постели или иными утехами – в чужой. Юрген подозревал, что обер-детектив-инспектор Луцио Гробер просто решил познакомить навязанного ему стажера с самыми неприглядными сторонами работы: пускай-ка подкинутому в первый отдел протеже дядюшки-ректора жизнь медом не кажется. За каким дьяволом, объясните, нужно пресловутое визуальное наблюдение, когда мимо расставленных вокруг дома следилок ни одна мышь не проскользнет незамеченной?! Юрген стянул промерзшие насквозь перчатки, подышал, пытаясь согреть, на оледеневшие пальцы. И винить некого! Сам гордо отказался от теплого местечка, решив выбрать полевую работу. – Как тут? Неслышно подошедший керр Гробер в толстом ватнике напоминал добродушного колобка с веселыми морщинками в уголках глаз, щеткой усиков и округлыми щеками – гордостью его грандмуттер, почтенной семидесятипятилетней келер Ома, считавшей своим долгом откормить единственного внука до шарообразной формы. Но как успел за

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если бы он сразу понял, что Зельду Кракеншвестер убили, если бы вовремя наведался в обитель, если бы… Куратор по-прежнему опережал первый отдел на пару шагов. Скупая похвала Дершефа выглядела насмешкой: то, что коллеги и вовсе формально бы отнеслись к поездке и даже не осмотрели бы тела и дом, утешало плохо.

В коммуне Таубер остались керр Фолтерштап и вызванный туда Дидрич. Искали упомянутый в письмах к ученой коллегии Картенского университета трактат – Юрген подозревал, безуспешно. Опрашивали местных, пытаясь выяснить, известно ли им что-нибудь об обители и посещавших ее гостях. Но «усатый мужчина средних лет» и «рыхлая женщина с брыльями» – слишком размытые описания, чтобы первый отдел имел надежду вычислить злоумышленников.

class="p1">Вильгельм Дорф связь с Куратором отрицал напрочь. А когда его уличали в откровенной лжи и несоответствиях, впадал в ступор, замыкался в себе или, наоборот, начинал нести полную чушь. Чтобы добиться от него правды, потребуется не один день. Если вообще удастся.

«Амнезия» керр Марена и керр Дорфа напоминала Юргену то, что случилось с Вороном. Это сбивало с толку и… порождало беспокойство. А потому стажер предпочитал молчать, частью не желая снова слышать насмешки над своей чуйкой-паранойей, частью боясь, что, произнесенная вслух, его гипотеза воплотится в реальность.

Время стремительно утекало сквозь пальцы.

Юрген зло пнул подвернувшуюся под ноги ледышку. Та взлетела по дуге и угодила в опору почтового ящика. Судя по отсутствию снежной шапки, его кто-то недавно трогал. Катрин? Или тетушка успела соскучиться? Скорее, принесли еще выписанные покойной келер Вермиттерин газеты. Удивительно, человека нет, а медленные маховики государственных служб еще не вычеркнули его из табели.

Подумав, что надо бы достать корреспонденцию, пока не отсырела, Юрген открыл ящик. Внутри лежало письмо. В конверте без обратного адреса и имени отправителя. Поперек строк, где должна быть информация о получателе, кто-то наискось начеркал: «Керр Фромингкейту! Важно!».

Юрген повертел конверт в руках: размашистый угловатый почерк был стажеру незнаком. Вскрыл. Внутри лежал «прозрачный» желтый лист – дешевая бумага, которую можно найти в любом почтовом отделении, в папке с надписью «для черновых заметок».

Сообщение оказалось коротким:

«Если вы желаете узнать правду о случившемся с келер Вермиттерин, то вам надлежит отправиться по адресу: переулок Плавильщиков, дом двадцать пять, комната шесть».

Глава девятнадцатая

Переулок Плавильщиков располагался в той части Ауберте, которой не коснулось расселение. Спальный квартал оживал рано утром и поздно вечером, когда люди отправлялись на работу и возвращались обратно.