Но так
ничего и не произнеся, керр Рум вылез из-за стола и удалился в уборную.
Суп, как и второе, успел превратиться в воспоминание, осевшее приятной тяжестью в желудке. Молодой человек допил глинтвейн, заказал еще кружку и уже начал волноваться, когда детектив вернулся. На ощупь, будто слепой, уселся на место и уставился в нетронутый бокал с вином.
– Кхм, – кашлянул Юрген, привлекая внимание.
Лабберт вздрогнул, недоуменно посмотрел на стажера, словно только сейчас обнаружил, что он за столом не один.
– Как вы думаете, керр Фромингкейт, существует ли такое понятие, как свобода, на самом деле? – неожиданно поинтересовался керр Рум.
– Простите? – растерялся Юрген.
– Есть множество способов заставить человека делать то, что вам нужно. И мы сейчас не говорим о банальном насилии.
– Наверно, – оторопело отозвался стажер, не понимая, какая муха укусила детектива и почему он завел такой странный разговор.
– Есть, – припечатал Лабберт. – Например, экономика. Человек состоит из базовых потребностей: ему нужны еда, крыша над головой и стены, защищающие от дождя и ветра, дрова, чтобы растопить очаг зимой. Социум и уклад жизни ограничивают людей в способах, которыми они могут удовлетворить свои нужды. В обществе, построенном на денежном обмене, владельцам критической массы капитала легко диктовать условия всем прочим и устанавливать выгодную цену на труд. Человека загоняют в ловушку: не хочешь подчиняться чужому самодурству – не получишь денег, окажешься без дома и пищи, например, того аппетитного судака, который имел честь сегодня стать вашим обедом.
Керр Рум наклонился вперед, словно собирался пресечь любые возможные возражения на корню. Глаза у него фанатично блестели, и Юрген не рискнул прерывать лекцию.
– Это был первый пример, керр Фромингкейт. Продолжим? Человек – существо социальное и потому, боясь порицания окружающих, придерживается некой общепринятой этики. Не убий, не укради, не возжелай дочь своего друга… Мы все рабы навязанных нам с детства норм поведения, вы не согласны, керр Фромингкейт?
– Но какие-то правила нужны, – возразил Юрген. – Иначе воцарится хаос.
– Верно! – воскликнул Лабберт. – Вы, безусловно, правы: правила нужны! Социум проповедует принцип коллективного блага, когда интересы многих людей преобладают над интересами отдельной личности. Грубо говоря, выбор большинства обязателен к исполнению каждым членом общества вне зависимости от желаний человека и его отношения к происходящему. Некоторые нормы впоследствии становятся законами, охраняемыми государством, другие так и остаются негласными правилами.
Керр Рум закашлялся. Выдавил почти с ненавистью:
– Вот тут-то и кроется загвоздка. Даже узаконенное насилие – это насилие. Оно вызывает недовольство.






