ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работать няней не так уж и плохо, даже несмотря на то, что мой босс – самый несносный отец-одиночка в мире. Все усложняет лишь одно: я не могу отвести от него глаз. Кейд Итон на тринадцать Элси Сильвер Бессердечный Elsie Silver HEARTLESS Copyright © 2022 by Elsie Silver The moral rights of the author have been asserted. © Елагина А., перевод на русский язык, 2024 © Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2025 1 Кейд Взгляд Люси Рид устремляется в мою сторону. Чересчур благодарный, как по мне. – Ну, я обожаю рукодельничать. В свободное время занимаюсь скрапбукингом[1]. Вяжу. Готова поспорить, Люку вязание пришлось бы по душе. Тебе так не кажется, Кейд? Я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться над тем, как она мурлычет мое имя. А еще я бы с удовольствием посмотрел, как кто-то заставляет Люка посидеть спокойно достаточно долго, чтобы он что-то сотворил спицами. Теперь она с улыбкой обращается к Саммер, невесте моего младшего брата: – Ты же знаешь, как это бывает. Всем нам нужны женские хобби, правда? Из угла комнаты, где сидит мой отец, доносится хихиканье. Подбор няни превратился в полноценную семейную задачу. И настоящий кошмар. Саммер поджимает губы и фальшиво улыбается: – Да, конечно. Я едва не фыркаю. По представлениям Саммер, женское хобби – приседать с тяжелыми блинами в спортзале и мучить взрослых мужчин во имя «личных тренировок». Она нагло врет, но, возможно, из-за того, что она все еще новенькая в городе, Люси об этом не догадывается. Или, может, Люси ведет себя с моей будущей невесткой, как язвительная сучка, поэтому Саммер ей так отвечает. – Хорошо. – Поднимаюсь я с места. – Что ж. Мы с вами свяжемся. Люси, кажется, немного ошарашена тем, как быстро я перевел разговор в другое русло, но я уже услышал и увидел все, что меня интересовало. Кроме того, врачебный такт – не моя сильная сторона. Мне по душе резко срывать пластырь. Я поворачиваюсь на пят

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Совершенно случайно она бросает неудобную правду, а затем просто оставляет меня наедине с самим собой, чтобы я хорошенько все проанализировал.

Вечеринка уже идет в самом разгаре, когда Талия решает осчастливить нас своим присутствием. Мне даже не нужно поворачиваться, чтобы понять, что она уже здесь.

– Мой малы-ы-ы-ыш! – слышится ее высокий слащавый голос.

Ее малыш

. Не могу удержаться, чтобы не закатить глаза. Нелепо говорить такое ребенку, которого видишь раз в год и от которого ушел не попрощавшись.

Я вылавливаю глазами Уиллу – она разговаривает с моим отцом и родителями пришедших детей. На ней оранжевое платье в мелкий белый горошек с мягкой струящейся юбкой. Хочется посмотреть, что под ней.

Но сейчас, наблюдая за за тем, как она напряжена, как ее пальцы сжимают стаканчик с эмоджи какашек, мне хочется обнять ее за плечи и успокоить. Хочется что-нибудь сделать, чтобы ее щеки снова порозовели, потому что она бледнеет прямо у меня на глазах.

Хотя она была бы против. Уж слишком она жесткая и гордая. Поэтому я отвожу взгляд, ведь если продолжу смотреть, то все равно сделаю это.

Люк крепко обнимает Талию, как бы похлопывая ее по стройной спине, когда она прижимает его к себе. Мне бы хотелось, чтобы эта женщина явилась на праздник раньше, как и хотела, но она у себя на первом месте.

Это в ее духе.

– Дай-ка я на тебя посмотрю. – Она разодета, как светская львица. На ней облегающее платье и туфли на шпильках, которые утопают в траве, пока она оценивает сына.

– Как ты умудрился так быстро вырасти?

Я слышу, как Ретт фыркает.

Громко.

Достаточно громко, чтобы она бросила на него злобный взгляд.

А он просто улыбается в ответ:

– Привет, Талия. Давно не виделись.

Чертова нарушительница спокойствия. Я всегда прикусываю язык, когда говорю о ней с Люком, потому что хочу, чтобы он сам принял решение касательно матери. Если однажды он захочет наладить с ней отношения, я не хочу, чтобы он думал, будто я настраиваю его против. Это убивает меня, но я знаю, что так правильно.

Вот почему я сдерживаю смех, глядя на ее хрупкую улыбку и прищур. Снаружи она напоминает прекрасный мираж, но изнутри – сгнила. И если бы взглядом можно было убить, Ретт упал бы на месте.

К счастью, это невозможно, и он поднимает стаканчик с эмоджи какашек в ее сторону в молчаливом приветствии.

Позади раздается смешок, напоминающий смех отца. Но я не оборачиваюсь, потому что Люку неловко находиться в центре внимания, так что я думаю только о том, как бы поскорее до него добраться.

– Привет, Талия. – прерываю я неловкий момент, подходя к ней и протягивая руку для рукопожатия. Вместе с тем я крепко сжимаю плечо Люка.

– О, пожалуйста, Кейд. Неужели мы настолько отдалились, что уже дошли до рукопожатий? – хихикает она, и ее пронзительный голос действует мне на нервы.