Я не видела, как все выносили из дома, только слышала от людей, что приехала бригада в составе шести человек, считали весь день, сбивались, но пересчитывали вновь все наше имущество. С вопросами к матери: «Есть что не дано нам? Какие места тайные? Все ценности выданы?»
Как тетка Тамара договорилась о скорой «свадьбе», я до сих пор не знаю, в тот день я ее видела последний раз. Перед тем как отправить меня к будущему мужу, привела на станцию, где были все наши, этот не стихающий стон сквозь слезы надолго осел в моей голове. Колька не переставал рыдать, все не отпускал мою шею из своих ручонок. Мама не плакала, она молча сидела вся серая, так я и запомнила ее в клетчатом платке на поверх легкой белой косынки, льняной рубахе с велюровым жакетом, плотно застегнутым, несмотря на жаркий июль, и в юбке с этой расцветкой из множества разнообразных стеблей цветов красного и зеленого цвета.
Глава 2. Алексей
Всю дорогу в село Красный Кут я пребывала в воспоминаниях.
Теплые и счастливые дни беззаботного детства. Мне хотелось вспомнить что-то особенное, но в голове была каша, и собрать мысли в кучу не получалось.
Уже смеркалось, когда повозка наконец-то завернула во двор, вышла женщина средних лет, представилась Алевтиной и проводила в избу.
В небольшом помещении сидела семья за столом, во главе совсем пожилой мужчина, рядом двое малышей возраста как наш Колька, не поняла только, мальчики это были или девочки. Еще в дальнем углу сидела молодая девушка с младенцем.
Алевтина усадила меня за край стола, налила мне молока, дала две картофелины и кусок хлеба. Аппетита не было совсем, но я постаралась хоть что-то проглотить, а люди продолжали на меня смотреть. Тамара перед отъездом вручила мне сверток, сказала отдать той, которая встретит.
Что там было, я не знала, может, деньги или мыло, а может, еще что.
Уложили меня поодаль от печи на солому, застеленную каким-то отрезом из грубой ткани. Не спав накануне, я ушла в глубокий сон.
Утром меня разбудила все та же женщина, вручила мне мои узлы с вещами и указала на дверь:
– Иди, тебя ждут.
Я вышла, поблагодарив, сама не зная за что, и направилась к выходу. Шла вдоль забора, лучи солнца так ослепляли, что я ничего не видела. Чуть ниже холма, где располагалась изба, стоял мужчина с повозкой. Среднего роста, темные волосы, карие глаза, свежевыбритый, в сером костюме и в застиранной сорочке. Обувь его была вся стоптанная и в пыли, а шнурки похожи на распустившуюся веревку.
– Вы Мария?
– Да.
– А я Алексей…
Я протянула ему то, что положено было отдать по настоянию тетки, хорошо замотанный в носовой платок узелок.
– Не надо, потом.
Я взгромоздилась на телегу со своими пожитками, и мы поехали. Всю дорогу сопровождал скрип плохо смазанных колес и наше молчание.






