За двое суток волчицы ещё подросли и окрепли.
После мытья рук, все уселись за стол, кроме Николяши. Она из бутылочки кормила щенят.
— Что-то морда у тебя довольная, — раздосадовано заметил Борис.
Действительно, согласился Николай. Он думал, что она будет более раздражительней. Неужели он выбрал не то наказание? Или…
— Ты не посмела! — озвучил свою догадку Шереметьев.
— Ещё как посмела! — гордо вскинув голову, сказала Лена, — У меня золотые руки.
— Я тебе их свяжу, — зло пообещал Николай.
Лена фыркнула.
— Николяша, ты чего стоишь? Присаживайся, — волчица похлопала по стулу.
— Я постою, насиделась, — с румяными щёчками сказала Коля.
— Вот так надо наказывать свою пару, — с довольной мордой оповестил Степан.
Самцы хмыкнули, самки посмотрели с сочувствием. А Николяша покраснела цветом алых парусов.
Николая вспомнила, как беспощадно Стёпа шлёпал её ягодицы, перечисляя погрешности. А потом снова по кругу. Сначала она молча переносила шлепки, но, когда он пошёл по второму кругу уже плакала. Теперь, если она придумает следующую авантюру, у неё при мысли об этом будет гореть задница. Стёпа вшлёпал в неё эту простую истину.
— Ах ты, бесчувственная псина, — вспылила Лена, — она мать твоих щенков…
— И забыла об этом, когда продумала план своего приключения, да ещё и тебя втянула, — перебил Степан, нисколько не обидевшись на оскорбление.
— Лена, всё хорошо, — заверила Коля, — Стёпа был нежен.
Лена завидовала мягкому характеру Николяши.
— Я бы на твоём месте подумал о себе, — многообещающе посоветовал Шереметьев, оставив неприкрытую угрозу.
Лена оскалила зубы в защиту себя.
— Прекращай, — прорычал Николай с чёрными глазами то ли от возбуждения, то ли от злости, — Если не хочешь, чтобы братья и сёстры услышали твоё наказание.
Лена прикусила язык и поджала губы. Когда все приступили к обеду, Стёпа заботливо положил еды в тарелку
и передал своей паре, которая продолжала стоять.
— У меня есть вопрос к тебе Николая, — обратился Шереметьев к самке, — Почему ты не сказала, что выключат электричество? Ты же знала, что мы искали лазейку.
Коля громко сглотнула, проталкивая еду. Стёпа не стал задавать вчера ей вопросов, а сразу приступил к делу.
— Тебе нужен был мощный импульс, — ответила она.
— Я бы убил его и других в любом случае, — теперь две особи, тёзки, прожигали друг друга глазами, карие против голубых.
— Да, убил бы, но вставал вопрос — когда? Не отрицай, твой запал остывал и догорал. А в скором времени тебе было бы не до этого. А Ольга умерла бы.
— Почему потащила Лену? — спросил Степан.






