— А мы здесь собрались выяснять у кого яйца больше? Или обсудить дела? — вслух сказала Коля, прекращая выяснения отношений между самками и самцами.
Все замерли и посмотрели на неё.
— Ну, у кого яйца больше мы уже выяснили, — хихикнула Лена, намекая не в пользу самцов.
Все самцы возмущённо посмотрели на неё. Лена подняла руки вверх, закатив глаза. Самцов нельзя колоть и лишать самых «чувствительных и нежных» мест гордости.
— Я так понимаю, — нарушив тишину, спросила Барбара, — ты теперь станешь вожаком.
— Именно. И мне нужна помощь в консультации. Я бы хотел переговорить с Ярославом и Ростиславом об их поддержке меня в Совете вожаков.
— Ещё есть Гром, — напомнила Коля, — папа тоже поддержит тебя.
— И Лев, — неохотно высказался Борис.
Он всё ещё не наладил тёплые отношения с ним, но они стараются. И Боря решил принять предложение Льва навестить родителей матери, пока Барбаре можно путешествовать.
— Буду признателен. Мне надо многое узнать про стаю, её уклад.
— Мы будем свидетельствовать в твою пользу, — сказал Боря.
— Свидетелей здесь хватает, но спасибо.
— Когда обряд посвящения? — спросил Степан.
— Честно? Без понятия. Я ничего об этом не знаю, — признался Николай.
— Тогда потребуется помощь Ярослава, — говорит Влад, — я хоть и прожил в стае до совершеннолетия, но тоже ничего не знаю. С первым оборотом в волка принёс клятву верности Ратибору, а родился, когда он уже был вожаком.
— Тогда можно попросить вас передать ему приглашение сюда? — обратился Шереметьев к Жмурову.
— Конечно, — кивнул Стёпа.
Когда семьи уехали, а пара осталась наедине, Лена с обожанием посмотрела на волчару. Оборотни ещё побаивались его, потому в дом никто не приходил. Николай с нежной улыбкой смотрел на Лену. От простого движения губ любимого, у самки всё текло внутри, из неё. Но она хотела задать один вопрос:
— Волчара, благодаря особенности твоего волка твой отец смог продержаться столько лет после твоего совершеннолетия?
— Ага. Отец сразу предупредил меня, что с ним произойдёт до моего полного созревания. А я не мог смириться, — тяжко вздохнул самец, — и когда бешенство начало поражать его мозг, неосознанно я приказал ему держаться.
— Твой волк и такое может? — удивилась волчица.
— Да, только это кратковременная мера, приказа хватает лишь на месяц. Поэтому я закреплял природные установки в голове и естестве отца приказом каждый месяц. Мне помогал Давид, если я отсутствовал.
То, что Давид был тоже Доминантным, очень удивило. Неужели мир оборотней меняется настолько? Степан и Борис, Николай и Давид — все Альфы и уживаются вместе. Рождение легендарных волчиц и появление на свет Доминантных Альф.
— Но природа всё равно взяла своё. Мы лишь отсрочили смерть, и надо признать, облегчили тоже.






