ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Четвертое – одна ошибка может стоить целой жизни. У меня был шанс на спасение, была возможность покинуть Анклав, но я не сделала этого. Теперь из-за моей лжи, из-за чужого предательства и Анастасия Пименова Страх В данной части присутствуют подробные описания физического и психологического насилия, поэтому читайте с осторожностью. Нет предела человеческой жестокости… Глава 1 Четвертое правило – одна ошибка может стоить целой жизни. Район между Гристоуном и Самервоулом. 2096 год. Не знаю, сколько я сижу в пещере, которую удалось найти спустя почти сутки после моего побега из Анклава. У меня нет воды и еды, нет никаких припасов, лишь пистолет, но это не мешает лежать на холодной земле, смотря на то, как мокрый снег падает на деревья, листву и тут же тает. Мне всё равно, что я могу простудиться и заболеть, всё равно на ноющую боль в ноге. Она не сравнится с болью в сердце. Какая разница между медленной смертью от голода и холода и быстрым концом, если меня найдут. Конечно, если О’Нил кого-то и пошлет за мной… В любом случае, меня ждет смерть. За это время я пролила все слезы, и они просто кончились. Мысли хаотичны, и я не знаю, как мне сосредоточиться, как собраться, заставив себя встать и продолжить путь. Только… куда? Всё это потеряло смысл без Тоби. Мой брат остался в Анклаве, а я здесь… Где? Даже не знаю, как далеко нахожусь и есть ли тут какие-то города поблизости. Мне повезло или, наоборот, не повезло не встретить ни одного пожирателя, пока я бежала ночью по лесу. Тоби… Мой милый младший брат. Последнее, что он узнал была моя ложь. То, что я убила нашу маму в Грёзе. Мне даже не дали времени, чтобы объяснить ему всё… Я помню его взгляд, полный ужаса и разочарования, когда О’Нил рассказал правду, как Тоби в надежде смотрел на меня, чтобы я опровергла слова мужчины. Я должна была защитить его, оградить от правды, которая могла сломать его. Но ложь, даже сказанная из л

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Делаю первый шаг, когда слышу, как откуда-то сзади раздается незнакомый голос:

– … кто опять дверь открыл? Дует же!

Делаю второй шаг и понимаю, что вокруг больше нет никаких построек. Лишь одни сплошные мрачные деревья с могучими стволами. Это не то место, где меня держали изначально, даже не община.

Машин тоже не видно, возможно, они находятся с обратной стороны здания, но я не иду туда, лишь вперед, в самую тьму леса.

Босые ноги обжигает, но это приятное жжение, по сравнению с той болью, что терзает меня внутри. Иду, не оглядываясь.

Из-за темноты даже не ориентируюсь. В мыслях только одно – идти дальше, прямо.

Пар вырывается изо рта, когда я делаю короткие выдохи. Ветер обдает кожу и свежие раны. Ветки хлещут по ногам, царапают руки, но я не обращаю внимания.

Скрываюсь уже среди деревьев, когда вдруг слышу голоса людей и лай собак.

Замираю и впервые оглядываюсь, замечаю неподалеку свет от фонариков.

Нервно сглатываю и срываюсь на бег. Бегу, спотыкаясь о корни деревьев, проваливаясь в мягкую землю, усыпанную опавшей листвой.

Слышу, как голоса становятся все ближе, лай собак – громче и злее. Они идут по моему следу, моей крови, как хищники, учуявшие добычу.

Пытаюсь слиться с лесом, стать одним целым, раствориться в темноте. Но люди не отстают, их свет пробивается сквозь деревья. Не могу доверять собственному зрению и слуху, понимая, что могу совершить ошибку.

Теперь сердце колотится в груди как бешеное. Дыхание срывается, в легких жжет огнем. Я знаю, что долго так не протяну, но останавливаться нельзя.

Резко сворачиваю в сторону, надеясь сбить их со следа. Прыгаю через поваленное дерево, чувствуя, как острая боль пронзает щиколотку. Подворачиваю ногу, но, превозмогая боль, бегу дальше.

Впереди вижу просвет, даже сквозь тьму вокруг.

Мчусь туда и выбегаю, когда ноги окончательно стираю в кровь.

Обрыв.

Я останавливаюсь слишком резко, смотря в самый низ, где шумит река, звук которой я услышала только сейчас.

Взгляд мечется вдоль обрыва, можно побежать туда, но… сколько я так пробегу? Возвращается вниз.

Это верная смерть.

Слеза скатывается одна за другой, когда я слышу, как голоса всё приближаются.

Внутри зарождается огонь несправедливости, который быстро сменяется на безразличие и пустоту.

Меня в любом случае ждет смерть.

Подхожу к самому краю и просто… выдыхаю. Прикрываю глаза и произношу лишь единственное слово тихим шепотом:

–

Простите

.

Я прошу прощения у Тоби и у мамы. У брата за то, что всё-таки брошу его, а у Лойс Рид за то, что не сдержала обещание.

Последняя слеза скатывается в тот самый момент, когда я делаю свой единственный шаг вперед.

Не чувствую страха, только смирение.

Раз.

Шум реки становится оглушительным, ветер бьет в лицо.

Два.

В полете нет ничего, кроме тишины и свободы.