ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Четвертое – одна ошибка может стоить целой жизни. У меня был шанс на спасение, была возможность покинуть Анклав, но я не сделала этого. Теперь из-за моей лжи, из-за чужого предательства и Анастасия Пименова Страх В данной части присутствуют подробные описания физического и психологического насилия, поэтому читайте с осторожностью. Нет предела человеческой жестокости… Глава 1 Четвертое правило – одна ошибка может стоить целой жизни. Район между Гристоуном и Самервоулом. 2096 год. Не знаю, сколько я сижу в пещере, которую удалось найти спустя почти сутки после моего побега из Анклава. У меня нет воды и еды, нет никаких припасов, лишь пистолет, но это не мешает лежать на холодной земле, смотря на то, как мокрый снег падает на деревья, листву и тут же тает. Мне всё равно, что я могу простудиться и заболеть, всё равно на ноющую боль в ноге. Она не сравнится с болью в сердце. Какая разница между медленной смертью от голода и холода и быстрым концом, если меня найдут. Конечно, если О’Нил кого-то и пошлет за мной… В любом случае, меня ждет смерть. За это время я пролила все слезы, и они просто кончились. Мысли хаотичны, и я не знаю, как мне сосредоточиться, как собраться, заставив себя встать и продолжить путь. Только… куда? Всё это потеряло смысл без Тоби. Мой брат остался в Анклаве, а я здесь… Где? Даже не знаю, как далеко нахожусь и есть ли тут какие-то города поблизости. Мне повезло или, наоборот, не повезло не встретить ни одного пожирателя, пока я бежала ночью по лесу. Тоби… Мой милый младший брат. Последнее, что он узнал была моя ложь. То, что я убила нашу маму в Грёзе. Мне даже не дали времени, чтобы объяснить ему всё… Я помню его взгляд, полный ужаса и разочарования, когда О’Нил рассказал правду, как Тоби в надежде смотрел на меня, чтобы я опровергла слова мужчины. Я должна была защитить его, оградить от правды, которая могла сломать его. Но ложь, даже сказанная из л

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тоби мне уже не найти и не спасти, да и… не уверена, что ему уже нужно это спасение.

Поэтому я пока просто нахожусь здесь, живу, молча помогаю, например, стираю одежду в воде, которую приходится периодически растапливать. Убираюсь и много хожу, изучая территорию вдоль и поперек.

Я не прикасаюсь только к одному. К еде. Готовкой всегда занимается Уолтер. Первое время мне было сложно смотреть на еду, даже на самую обычную, воспоминания возвращались к тому, чем приходилось питаться прежде. Сейчас уже полегче.

Ещё я часто смотрю на то, как мужчина стреляет. В дичь и в птиц, пролетающих мимо, осматривает их на заражение, а после использует шкуру для создания теплых вещей, а мясо для еды.

Я знаю, где хранится его оружие. Иногда захожу туда и просто смотрю на всё это.

Уолтер знает, что я хожу туда, но никогда не выгоняет. Мужчина не боится, что я могу его обокрасть и сбежать.

Наши вечера проходят тихо и молча. Уолтер разжигает печку, и мы садимся в кресла в общей комнате, берет в руки одну из книг и читает вслух, как когда-то делала я. После мы расходимся в разные комнаты, и свою я не запираю на задвижку, которую Уолтер приделал специально с внутренней стороны на третий день моего нахождения здесь. Мужчина объяснил это тем, что я смогу запираться изнутри, если меня что-то испугает.

Мысленно я тогда усмехнулась, хоть и была благодарна ему за это.

Кошмары не снятся мне здесь. Вообще ничего не снится. Бывает, я просто засыпаю, могу проснуться посреди ночи или уже под утро, после также легко и уснуть. Реже сплю днем. Например, сегодня один из таких дней.

Дыхание ровное и размеренное, но что-то заставляет меня проснуться, поэтому я открываю глаза и вижу, что уже начинает понемногу темнеть. Комната начинает погружаться в полумрак, длинные тени вытягиваются от предметов мебели, коснувшись стен и потолка.

Я лежу неподвижно, прислушиваясь к тишине, которая царит вокруг. Она обволакивает меня. Но что-то в этой тишине кажется неправильным, тревожным.

Замечаю тень в кресле, которую не увидела сразу и которая приходит в движение.

Не кричу и не испытываю страха. Просто смотрю и жду.

Тень выходит на свет и медленно приближается ко мне.

Опять это.

Дыхание всё такое же размеренное, и я не удивляюсь, когда Ашер присаживается на корточки перед кроватью, где я лежу на боку.

Сейчас на нем нет привычной одежды ликтора, только джинсы и кофта с курткой.

Взгляд ликтора скользит по моему лицу, задерживаясь на губах, затем медленно поднимается к глазам.

Его губы искажаются в усмешке, а шрам приходит в движение, когда следом Ашер произносит:

– Привет, мышка. Соскучилась?

Не отвечаю.

Он протягивает руку в тот момент, когда я прикрываю глаза, желая, чтобы видение исчезло, и в следующее мгновение чувствую холодное прикосновение пальцев к своей щеке.