Наши догадки оказались верны. Они не соблюдали технику безопасности и поймали это самое нечто, которому не понравилось такое положение дел.
Совсем не понравилось.
Глава 64
— Эль! — меня тряхнули. — Что? Что с тобой?
Медленно открыв глаза, я уставилась на бледного Зейна.
У него был такой вид, словно он готов был расплакаться. Странное ощущение, ведь я действительно верила, что мой хвостатый будущий муж несокрушим.
За его спиной стоял дядюшка Фуки. Сбоку — Карлос. На его плече с чего-то красовалась болванка Фиомии.
Я поморщилась.
— Чего он её уже к рукам прибрал, — проворчала. — Отдай Фиомию.
— Да я временно, сама попросилась, — отмахнулась эта мелочь. — К другу присматриваться буду. А ты чего на ровном месте в обмороки падаешь? И без того страшно, блин!
После такой тирады даже стыдно стало.
— Оно, — с трудом подняв руку, я ткнула в полоску имплантата. — Оно показало. Но я не поняла что. Эта жижа… Вещи нужно снять. Доктор верно всё сказал. Оно как-то влияет на мозг. Опасно очень.
Зейн выдохнул и закивал. Обернулся на Карлоса.
— На плечо мне сестру. Мы идем в каюту, в душ. Остальным советую сделать то же самое. И не забудьте про дока. Станция гореть будет еще долго. Успеем насмотреться и решить, что делать дальше. А пока — разошлись.
— А отлет? — уточнил Карлос.
— Я вывел «Феникс» на орбиту Глизе. 72 витка. Достаточно, чтобы прийти в себя, помыться и переодеться. И даже немного полежать. Карлос…
Он перевел взгляд на нашего ушлого. Тот аккуратно отсоединил болванку с недовольной Фиомией.
В этот момент что-то так неприятно царапнуло душу.
— Хотя… — Зейн попршился. — Если сестренка хочет остаться здесь и присмотреть за доктором, то я не против.
Она просияла:
— Правда можно? И с Карлосом на склад? И с дядей Фуки смотреть, как станция горит…
В этот момент я взглянула на Зейна. Тот самый момент доверия.
Моего хвостатого аж корежило, он, бедный, ломал себя. Но все же кивнул.
— Умница, — прошептала я и поцеловала его в щеку.
— Головой за неё отвечаете, — всё же не удержался он.
— Да не вопрос, — болванка вернулась на плечо к Карлосу.
— И рубашку надень, — всё не унимался Зейн.
— Да ладно уж… — наш снабженец ощерился. — Восемнадцать лет — это тебе не тринадцать. Смотреть уже можно, трогать пока нет.
Заржал он. Захихикала и Фиомия. Счастливо так, словно её, наконец, выпустили из комнаты поиграть с остальными.
И да, я считала, что так правильно.
— Пойдем, — выдохнула Зейну на ухо.
Унося меня с мостика, он всё оборачивался.
Я понимала, душа не на месте, боится, переживает. Но…
— Так нельзя, — я покачала головой. — Она не должна чувствовать себя словно арестант в коробке. Она взрослая. Ей нужно общение. Нужно развивать самостоятельность.
— Мне от этого не легче, — пробормотал он.
— Дядя её не обидит. Доктор Хайян тем более.






