ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ Ян Бэк Игра Jan Beck DAS SPIEL – ES GEHT UM DEIN LEBEN Печатается с разрешения Penguin Random House Verlagsgruppe GmbH c/o P. & R. PERMISSIONS AND RIGHTS LIMITED Copyright ООО «Издательство АСТ», 2026 Пятница, 21 августа 1 В лесу Она бежала, желая прокричать о своем счастье на весь мир. Она справилась. Наконец все позади. Наконец она свободна. Ей никогда больше не придется встречаться с людьми, которые превратили последние несколько лет в ад. Но теперь они заплатят. Дорого. Что посеешь, то и пожнешь. Она ускорилась. Ее распирало от удовлетворения, внутри будто огонь горел. Всего несколько часов назад завершился суд, признавший виновным ее работодателя. С аннулированием расторгнутого с ней трудового договора и полным возмещением причиненного ущерба. Возмещением стоимости лечения и выплатой зарплаты с того момента, как ее вышвырнули. И еще: возбуждение уголовного дела в отношении неустановленных лиц. Она никогда не забудет того лица шефа. Я выиграла . Она свернула на длинную лесную дорожку. Судом установлен факт значительного систематического давления на истицу на рабочем месте. Документально подтверждено, что после отказа истицы добровольно расторгнуть рабочий договор ее трудовая деятельность подвергалась манипуляциям с целью обоснования досрочного увольнения по веским причинам . Она бежала дальше. Она остановится, лишь когда иссякнут последние силы, как это бывало каждый вечер. Но сейчас она чувствовала, что может обежать Землю. Они хотят войны? Они ее получат! Уж она-то свою войну получила. Фирма воевала с ней по всем правилам, включая сокрытие и обман. Что такое систематическая травля, становится понятно, когда испытаешь ее на собственной шкуре. Когда тебя обходят стороной, когда ты из жертвы

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но если он застанет ее сейчас врасплох, то сделает по-настоящему больно. Наверное, так же больно, как в прошлом году после ее истерики со слезами, когда родители вдрызг разругались на пути из Италии. Тогда же прозвучало слово «развод». Мави была в таком отчаянии, что безостановочно плакала. На одной бензоколонке в Южном Тироле на ее рыдания обратил внимание полицейский патруль и потребовал от отца документы. Ни он, ни мать не проронили потом ни слова до самого Гамбурга. А когда приехали домой, она получила такую трепку, что три дня после этого не…

Не думай об этом.

Но она хотела, нет,

она должна

рискнуть. Сегодня она должна сделать то, что считает правильным. Неважно, что будет завтра.

В животе запорхали бабочки.

Она вспомнила Силаса, его милую улыбку, ямочку на подбородке, уверенную походку. Еще то, как две недели назад он пригласил ее к себе на день рождения. Просто так. Ее, которая ни разу не бывала на настоящей вечеринке.

Она нравилась ему.

С того момента она ощущала нечто, что затмевало все остальные чувства, перекрывало страх любых последствий. Да, она ему нравилась. Точно. И пусть ее посчитают глупой, она знала: эта вечеринка – настоящий шанс для нее.

Мави подслушала, как две ее одноклассницы обсуждают Силаса. Мол, живет он с матерью, в огромной квартире на Рюбенкамп, и вечерами частенько один. Отец их бросил, поэтому матери приходится зарабатывать на жизнь по ночам

на Паули

[3]. Мави оставалось надеяться, что женщина занималась не тем, о чем она подумала в первую очередь.

Силасу уже исполнилось восемнадцать, он был самым старшим в классе. Он один раз оставался на второй год и теперь учится с ней. Судя по рассказам, его жизнь была невероятно насыщенной, и сама мысль, что она придет к нему, что будет с ним, что он будет ее оберегать, была столь дерзкой, что Мави не решалась вдаваться в подробности.

Он был ей нужен.

Он поможет ей покончить с ее теперешней жизнью, в которой так мало радости и так много боли. Она представила себе, как будет рядом с ним. Даже о совместной жизни подумала, когда-нибудь в будущем. Он не причинит ей боли. Ни ей, ни их детям.

Подарок

для него она купила на деньги, которые сэкономила на еде. Целых десять дней она отказывалась от школьных обедов. Итого получилось пятнадцать евро, о которых родители ничего не знали. Она пронесла подарок в свою комнату, а подарочную бумагу нашла в вещах матери и обрезала ее ровнехонько по перфорации, чтобы не было заметно, что чего-то не хватает. Она чувствовала тревогу. Тревогу и опасность. Мать не любила, когда рылись в ее вещах.

Мави казалось, что она правильно поступает. Словно бы приглашение Силаса зажгло в ее жизни огонек. Она понимала, что из него может разгореться пламя. И пусть.

Но сначала она пойдет на вечеринку.