ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

–Ты действительно думала, что сможешь просто уйти, Лия? –ледяной шёпот Адриана обжигает кожу, а его мощные руки смыкаются на моей талии, не оставляя шанса на побег. –Теперь ты больше не Яра Бах Одержимость Старшего Пролог — Ты правда думала, что я выберу «пустышку» вроде тебя вместо настоящей волчицы? Голос Марка, еще вчера шептавший мне клятвы о вечной любви, теперь хлестал по лицу больнее ледяного ветра. Мы стояли на священной поляне у кромки леса. Вокруг — вся стая. Десятки пар глаз, светящихся золотом в предвкушении Ночи Первого Бега. Воздух дрожал от коллективного возбуждения, пах хвоей, адреналином и тем особым, звериным жаром, который я должна была разделить с ним. — Марк, нам было по пятнадцать, когда ты назвал меня своей, — я сделала шаг к нему, пытаясь поймать его взгляд, но он смотрел сквозь меня. — Шесть лет. Мы вместе шесть лет! Ты обещал, что сегодня мы обернемся парой. — Шесть лет я ждал, когда в тебе проснется хоть что-то, кроме человеческой слабости, Лия, — он скривился, и его кожа на шее начала мелко подрагивать — зверь рвался наружу. — Если бы не мать, я бы никогда на тебя не взглянул. Мне не нужна дефектная девка, от которой пахнет просто... человеком. Мое сердце пропустило удар, а потом рассыпалось в пыль. — Дефектную? — прошептала я, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. — Ты называешь меня так после всего, что между нами было? — Между нами была детская, наивная влюбленность, — Марк обернулся к Селене, которая стояла чуть поодаль, дерзко выставив бедро. Она уже начала раздеваться, сбрасывая одежду перед оборотом, и ее тело светилось здоровьем и первобытной силой. — А теперь началась взрослая жизнь. И в этой жизни мне нужна она. Селена подошла к нему, по-хозяйски положила ладонь на его грудь и обернулась ко мне с торжествующей улыбкой. — Не мучай парня, Лия. Иди домой. Почитай книжку или что вы там, люди, делаете по вечерам? Вокруг послышались

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я не открывала глаз, только прижалась крепче, чувствуя, как пахнет старым деревом, сухими травами и чем-то ещё — спокойным, домашним.

Адриан уложил меня на кровать, бережно, не раздевая. Потом лёг рядом, почти не дыша, чтобы не потревожить.

Я хотела спросить, где мы. Но сил не было.

Сквозь сон я почувствовала его поцелуй в макушку.

И это было самое важное за сегодняшний день — его близость и поддержка.

Глава 35. Дорогие женщины

Лия

На следующее утро я проснулась в одиночестве. По внутренней связи не бежал ток, скорее ощущался озноб, за последние дни мне удалось проследить эту закономерность. Это означало, что Адриана нет рядом.

С его стороны постель уже остыла. Я потянулась, зевнула и села. За окном светлело, а мороз рисовал на стёклах затейливые узоры.

На тумбочке лежала записка. Я потянулась, взяла.

«Я во дворе. Не спеши.»

Я фыркнула. Не спешить — это не про меня. Натянула его халат — огромный, до пят, пахнущий им — сунула ноги в его же тапки и поплелась на кухню.

Пусто. Только остывающий чайник на плите.

Я вышла на крыльцо.

Мороз ущипнул за нос. Снег искрился, воздух был таким чистым, что голова кружилась.

А потом я развернулась и принялась разглядывать дом.

В утреннем свете, он оказался совсем не таким, каким я запомнила его спросонья. Одноэтажный, но раскидистый, с высокими потолками, с окнами, которые выходили на лес со всех сторон. Вокруг — расчищенные дорожки, выложенные камнем. Каждый кусочек лежал так аккуратно, образуя строгий, выверенный орнамент.

Я обошла дом кругом. С одной стороны к стене подступали старые сосны, обещая тень и прохладу летом. С другой — открывался вид на пустырь, за которым угадывались крыши городка. Тихо. Спокойно. Правильно.

Адриан стоял у края расчищенной тропы, в тонком свитере, и смотрел куда-то в лес. Пар вырывался изо рта, но он явно не испытывал дискомфорта. Я уже привыкла, что волчья кровь слишком горячая, и холод ему нипочём.

Я подошла, встала рядом. А потом потянула прогуляться по тропкам.

Какое-то время мы молчали. Только снег поскрипывал под ногами, и где-то дятел заявлял о себе.

— Почему ты выбрал это место? — спросила я.

Он повернулся ко

мне.

— Я привез тебя в самый спокойный город, — сказал негромко. — В черте которого есть большой университет.

Я ждала чего-то ещё, более глубокого.

— Это всё?

Он помолчал.

— Это город, в котором выросла моя мать. Она здесь же и похоронена, — его голос стал чуть тише. — Возможно, я просто хотел, чтобы две дорогие мне женщины были рядом.

Я остановилась. Развернулась к нему. И повисла на шее, прижимаясь всем телом.

— Расскажи мне больше, — шепнула я в плечо.

Он гладил меня по спине — медленно, задумчиво, вырисовывая круги.

— Мама была истинной отца. Они любили друг друга.