ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Темная «Алиса в Стране чудес» для взрослых, где Чеширский Кот вовсе не такой, каким мы привыкли видеть его в сказках...Элис никогда не верила в сказки. Девушка живет реальной нелегкой Марина Адлер Вершитель хаоса Глава 1. Мечты, как зеркало - разбиты Для девочек, которые любят игры на выживание, необычных мужчин (очень необычных мужчин) и немного страшные сказки с хорошим концом... Плейлист: Neytan - Ice In My Mind Playful Devotion - When Yuo Shake Shadow Muse - Kneels for you Essecer - Кукловод Essecer - Лабиринт теней Essecer - Часовщик Queen - Don't stop me now Taylor Swift - The Fate of Ophelia Tommee Profitt - Daylight Teddy Thomas - All i Do Danny Elfman - Alice`s Theme Свет софитов режет глаза, но я привыкла. Привыкла к этому ощущению, когда сцена становится твоей второй кожей, когда музыка течет в венах вместо крови. Сегодняшний вечер должен изменить всё. Я чувствую это, как чувствую бешеный ритм биения своего сердца под грудиной. Стоя за кулисами, поправляю ленты пуант. Мои пальцы дрожат — не от холода, а от предчувствия. Где-то в зале сидит продюсер из Нью-Йорка. Новая жизнь. Новые возможности. Алекс больше не будет есть лапшу из дешевого китайского ресторана третий день подряд. Я смогу дать ему нормальное детство. Или хотя бы то, что от него осталось. Рядом со мной суетятся другие танцовщицы. Их шепот раздражает, как комариный писк. — Говорят, он сам выбирает таланты, — шепчет Мария, девушка с острыми чертами лица и еще более острым языком. — Именно я ему понравлюсь. А контракт подпишу прямо в здесь, за кулисами или в гримерке. — Она злобно смеется и смотрит прямо на меня, ожидая реакции. Другие девушки столпились возле нее и ехидно насмехаются, вторя заводиле. — Не слушай её, — говорит Софи, касаясь плеча. — Ты лучшая среди нас. И ты это знаешь. Я помню, как тебе необходимо это место, контракт, новая жизнь. Я улыбаюсь ей с благодарностью. Софи единственная

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его волосы темные, короткие, почти черные, но челка длиннее и падает ровными рваными прядями на лоб и глаза. Лицо красивое, но холодное, словно вырезанное из камня. Ловлю себя на мысли, что его пухлые губы не подходят такому лицу, взгляду, острым чертам, делая его несколько мягче. Рот искривляет едва заметная ухмылка с острыми уголками, когда он смотрит на меня. Глаза — самое примечательное в нем. Они выведены темным как у рок-исполнителя, не умаляя его мужественности, но делая взгляд глубже, темнее. Еще опаснее... Серо-синие, почти неопределенного в этом свете цвета, в них горит какой-то странный огонь, когда он смотрит на меня. Я чувствую, что он видит не только мое тело, но и мою душу, мои мысли, страхи.

Неосознанно сминаю в руках юбку своего короткого светлого платья в розовый цветочек, и мужчина сразу замечает этот жест. Его веселит такая очевидная робость. Или, возможно, одежда? Он улыбается. Эта улыбка холодная, хищная, наверняка как улыбка акулы перед тем, как та кусает добычу. И хоть мужчина красив, в общем смысле этого слова, но есть в нем что-то отталкивающее. Это опасность. Он буквально источает угрозу.

— Элис Харрингтон, — говорит он, произнося мое имя настолько мурлычаще, будто шепчет важное заклинание. — Наконец-то мы встретились лично. Я рад видеть, что ты так быстро откликнулась на мой призыв.

Его голос гладкий, приятный, почти музыкальный. Но под этой лживой манящей низостью бархатистого тембра я слышу нечто еще — что-то древнее, опасное, нечеловеческое, как бы абсурдно эта мысль сейчас не звучала в моей голове.

— Отпустите моего брата — приказываю, стараясь говорить твердо, хотя внутри вся холодею от страха. — Что ты с ним сделал? Как мог войти в такое место несовершеннолетний?

— С ним? — переспрашивает мистер Хаос, кивая подбородком на Алекса, словно это забава. — Я ничего с ним не делал. А мои люди не няньки проверять каждого на совершеннолетие. Твой брат сам пришел в мой закрытый тайный клуб, сам сел за стол для покера, сам начал играть.

И сам проиграл.

Он определенно делает акцент на последних словах, затем встает из кресла, медленно подходит ко мне. Каждый его шаг размеренный, грациозный, специально медлительный, как движения хищника. На незнакомце бордовая шелковая рубашка. Она небрежно расстегнута на широкой груди,

рукава закатаны до локтей, обнажая руки. На сильной шее тату в виде неизвестных моему глазу символов, тянущихся по кругу. Черные кожаные брюки облегают узкие мужские бедра и заправлены в ботинки с тяжелой подошвой. Я все еще намеренно отмечаю каждую деталь его внешности, чтобы позже описать полиции, если что-то выйдет из-под контроля.

Контроля, которого у меня и вовсе нет в данном положении.

— Он должен мне тридцать тысяч фунтов, — чеканит незнакомец. — Это немалая сумма.