К тому моменту когда он приехал в квартиру, Мария уже вернулась из театра и была в упоении от нового спектакля, который ее труппа собралась ставить. Строева не расставалась со сценарием и сразу после ужина вовлекла мужа в его обсуждение. Она смаковала некоторые сцены и даже пыталась экспромтом, без всяких репетиций сыграть их.
В принципе Гуров был даже рад, что жена отвлекла его от мыслей о работе. Если Мария старалась вникать в дела, которые он вел, и получала от этого огромное удовольствие, то в свой актерский мир Гурова она почти не пускала, вполне справедливо считала его плохим знатоком театра. Хотя иногда Мария и пыталась научить его некоторым актерским приемам, которые довольно часто помогали сыщику в расследованиях.
На этот раз все было с точностью до наоборот. Мария подбивала мужа давать оценку эпизодам и репликам, даже заставляла его играть роль того или иного персонажа, которые будут взаимодействовать с ее героиней во время спектакля.
Гурова это позабавило. Он всегда восхищался женой, увлеченной главным делом своей жизни, и считал ее лучшей актрисой современности. Впрочем, наверное, так и должен относиться к своей любимой каждый мужчина!
А вот утро для Гурова началось со звонка Крячко.
Станислав, как это с ним уже бывало не однажды, не спал всю ночь. Он совмещал приятное с полезным — работал с осведомителями, одновременно весело проводил время в различных злачных ночных заведениях.
— Лева, я понимаю, что тебе из-под бока жены-красавицы выбираться не хочется, но пора и работать начинать, — назидательно заявил Крячко. — Новости есть. Возможно, я на след убийц вышел.
— Радует, что ты хоть изредка пользу можешь приносить, — съязвил Гуров. — Буду в главке, как только кофе допью.
Станислав обвинил лучшего друга в снобизме и отключил связь.
Гуров собирался на работу максимально быстро. Он полностью вернулся мыслями к тому расследованию, которое начал вести. От его вчерашней вечерней расслабленности не осталось и следа. Сыщик сосредоточился на попытках найти способ разобраться с теми записями, которые он обнаружил в блокноте Желизняка.
Расшифровка обозначений второго и четвертого столбцов однозначно должна была находиться где-то под рукой. Осталось только ее найти. Возможно, отгадка скрывалась в компьютере убитого полицейского или в той дате, которая совпала с числами на записке — 22 июня 2005 года. Гуров решил, что сразу после беседы со Станиславом проверит оба эти предположения.
Когда сыщик вошел в кабинет, Крячко стоял у открытого окна и дымил. Сотрудники главка, разумеется, что-то слышали про всеобщий запрет на курение на рабочем месте. Однако многие из них им постоянно пренебрегали, старательно выпускали сигаретный дым в открытые окна и форточки.






