По словам Евсеева, до того как получил свой срок, Гафаров любил бывать в заведении, расположенном на Ленинском проспекте, у метро «Юго-Западная». Там собирались преимущественно чеченцы. Днем оно работало как обычное кафе, а по вечерам превращалось в своеобразный клуб по интересам со своим вип-залом, куда допускались немногие. Евсеев утверждал, что если где-то и можно найти Гафарова или узнать, где его искать, то только там.
Гуров справедливо решил, что туда лучше всего отправить Станислава. Тем более что и на Гафарова первым вышел именно он.
Сыщик отправился в главк, чтобы обсудить этот вопрос с другом, но доехать до места не успел. Его планы изменил телефонный звонок.
— Лева, ты где сейчас? — раздался взволнованный голос Орлова.
— В Хамовниках, — ответил Гуров, немного удивленный таким вопросом.
— Сколько тебе времени нужно, чтобы в Пресненский район добраться? — осведомился генерал.
— Смотря куда именно. А в чем дело, собственно говоря?
— Убит еще один полицейский, — ответил Орлов. — Не уверен, что это хоть как-то связано со смертью Желизняка, но тебе лучше съездить и самому посмотреть. До Ваганьковского кладбища долго добираться будешь?
— Через полчаса подъеду.
— Отлично. Я уже распорядился, чтобы до твоего прибытия там ничего не трогали, — сказал Петр Николаевич и облегченно вздохнул. — Знаю пока немного. Убит капитан Валентин Леонидович Писарев. Он служил участковым в Пресненском отделе. Подробности на месте сам выяснишь. И еще, Лева! Если это убийство с Желизняком никак не связано, то ты в это дело не лезешь. Я и так тебя туда дернул только потому, что в министерстве решили подстраховаться и потребовали отправить для проверки следователя, который убийство полковника ведет. Помни, Желизняк у нас в приоритете!
— Разберусь как-нибудь! — заявил Гуров и оборвал связь.
До входа на Ваганьковское кладбище, расположенного рядом с Андреевской церковью, сыщик добрался минут за двадцать с небольшим. Около ворот стояли несколько полицейских машин, в том числе и автофургон передвижной лаборатории. Сам вход на кладбище и стоянка перед ним были перекрыты. Сотрудники полиции внутрь никого не пускали, записывали персональные данные всех тех людей, которые пытались выйти на улицу Сергея Макеева. Большинство из них после этого они отпускали, но несколько человек в стороне от входа о чем-то спорили с ними. Видимо, эти граждане оказались без документов либо же пытались попасть на кладбище, несмотря на заслон.
Гуров отметил эту деталь краем глаза, когда показывал удостоверение, чтобы проехать на стоянку.
Едва он остановил машину, к нему подошел немолодой офицер, козырнул и представился:
— Старший оперуполномоченный отдела МВД по Пресненскому району майор Сорокин.






