Все трое были в офисе Чамферса, вероятно ожидая сообщения громилы о том, что я получила по заслугам.
Мы все вместе поехали в четвертый округ, при этом Чамферс настаивал на том, что я – обыкновенная взломщица, которую они застали за работой.
– Я очень огорчен смертью Саймона Лезака. Он пытался помочь нам, он гнался за ней от самого предприятия, когда мы ее вспугнули…
– И он так переусердствовал, что переехал «импалу», – вставила я.
– Не думаю, что мы когда-нибудь получим ясную картину того, что случилось этой ночью под магистралью, – проговорил Чамферс, обращаясь к следователю Анджеле Уиллоби, которая, по-видимому, вела дело о столкновении. – Водители грузовиков не носят те маленькие коробочки, которые есть у вас, так что мы не узнаем последних мыслей Саймона.
– Ненависть и ликование – вот более чем полное описание; перед тем как съехать с дороги, я видела лицо парня в зеркале заднего обзора, – сказала я. – Вы уже взяли показания проезжавшего мимо водителя грузовика? Он, вероятно, может подтвердить, что Саймон сделал все, что было в его силах, чтобы меня переехать.
Уиллоби посмотрела на меня равнодушными серыми глазами, но ничего не сказала. Мужчина в форме, который вел записи, прилежно записал мой вопрос и
держал ручку над блокнотом, ожидая наших следующих высказываний.
Я попыталась еще раз:
– Они все еще грузили на машины материалы «Парагон стил», когда появилась полиция? Главный ревизор «Парагон», вероятно, сможет сказать пару слов по этому поводу. И я сомневаюсь, что он каким-то образом свяжет мою персону с кражами на «Даймонд хэд».
Чамферс и Питер Фелитти в один голос разразились градом оскорблений. Кто я такая – жалкая воровка, – чтобы спрашивать об их деловых операциях? Когда появился Дик – в конце концов, он был адвокатом братьев Фелитти, – я начала думать, что меня арестуют, а честные граждане пойдут домой спать.
Я, безусловно, была здесь единственной, кто был похож на злодея. Помимо рваной куртки, джинсы разорвались на коленях, когда я проехалась по мостовой. Мои кроссовки обратились в лохмотья, волосы слиплись, и я даже не хотела знать, на что похоже мое лицо. Справедливость, может быть, и слепа, но она предпочитает чистый, аккуратный вид.
Фелитти позвонил Дику, вызвав его с какого-то вечера, но он заехал домой, чтобы переодеться в строгий темносиний костюм. На Анджелу Уиллоби он определенно произвел впечатление как своей приятной внешностью, так и внушительными манерами богатого человека: она позволила ему пообщаться в уголке со своими клиентами.
Отойдя от них, он сочувственно поговорил с Анджелой об этом несчастном вечере. Подчиненный переусердствовал в своем стремлении выказать свою преданность хозяевам. Это была трагедия, что Саймон Лезак умер, но счастье, что я выжила.






