ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Варкрафт Кристи Голден Лунный свет омывал тронный зал Штормграда, отчего королевский трон из белого камня как будто лучился собственным сиянием, а золотые львы, сидящие у его подножья, превратились в серебряных бестий с мертвенным взглядом. Холодноватый молочный свет блистал на гранях развешенного по стенам оружия, а тени по углам, куда не дотягивались бледные пальцы луны, казались озерцами непроглядного мрака. В этом нездешнем сиянии человек с богатым воображением вполне мог представить, что декоративные доспехи, замершие, как часовые, были не столь уж пусты. Торжество луны нарушал свет единственной лампы, отбрасывающей теплые, красноватые блики на решительное лицо мальчишки. Он держал в руках две вырезанных из дерева игрушки. Первая была солдатом, облаченным в разрисованную версию доспехов, темневших по всему безмолвному залу. Вторая – ссутулившейся тварью: зеленой, с кабаньими клыками и топором в половину роста ее деревянного противника. По полу были разбросаны другие солдаты и монстры. Большая часть игрушечных чудищ все еще стояла. Большая часть солдат была повержена. Когда открылась дверь, в комнате стало светлее. Мальчик обернулся, недовольный тем, что ему помешали, и окинул вошедшего быстрым сердитым взглядом, прежде чем вернуться к своей игре. – Итак, – произнес новоприбывший. Голос его звучал довольно молодо. – Вот где вы прячетесь. «Принц не прячется, – подумал мальчишка. – Он идет, куда пожелает, когда хочет побыть один. Это никакие не прятки». Человек подошел к нему. В тусклом свете лампы его волосы не казались столь седыми, а шрам, рассекающий лицо от подбородка до глаза, – столь уродливым, как при дневном свете. Он опустил взгляд на сцену, разыгранную мальчиком. – Как продвигается сражение? «Как будто он не видит. Как будто не помнит». Поначалу мальчишка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Там, где раньше звучали насмешливые крики и издевки, сначала воцарилась тишина, а потом послышался восхищенный шепоток. Гул’дан крутанул головой и уставился на орков. На «свою» Орду.

А затем, скривив губы в презрительной гримасе, он прижал ладонь к груди Дуротана и начал высасывать энергию противника.

Толпа ахнула. Кто-то гневно крикнул:

– Гул’дан ведет нечестную игру!

Даже чувствуя, как жизнь перетекает из его тела в Гул’дана – отчего колдун становился все чудовищней, – Дуротан ощутил радость. Теперь Гул’дан уже не мог скрыть дело рук своих. Дуротан знал, что сейчас он похож на пленников-дренеев, чьи выпитые до дна тела были изуродованы и ужасны в смерти. Он заставил Гул’дана явить Орде свое истинное лицо.

Гул’дан убрал руку, окутанную белой дымкой жизненной субстанции Дуротана, сжал кулак и со всей силы ударил Северного Волка в грудь. Боль была невыносимой. Дуротан отлетел на несколько шагов и тяжело рухнул на землю. Сейчас лишь тончайшая нить соединяла его с миром живых.

Ропот толпы усилился.

– Ты жульничаешь, Гул’дан!

– Позор!

– Это не по-нашему!

Дуротан должен был встать, еще один только раз. Каждый мускул и сухожилие, каждая капля крови в его теле корчились в нестерпимой агонии. Поборов слабость лишь страшным усилием воли, он поднялся и встал, пошатываясь. Вождь Северных Волков уже едва мог дышать, однако, набрав воздуха в легкие, он выкрикнул:

– Гул’дан! У тебя нет чести!

С низким рычанием, делающимся все громче при каждом шаге, колдун набросился на Дуротана. На сей раз он не стал размахивать кулаками, а распахнул руки, обхватив врага. Дуротан пытался вывернуться, но у него совсем не осталось сил, а сжимавшие его руки были крепче железных прутьев. Гул’дан притянул его к себе в гнусной пародии на объятие, уже совершенно не обращая внимания на крики Орды. Он прижал быстро усыхающее тело Дуротана к груди, чтобы увеличить поверхность, с помощью которой вытягивал жизненную энергию Северного Волка. Дуротан почувствовал, как хрустнул его позвоночник. Сквозь туман агонии он видел странный золотистый свет, льющийся из его тела. Это его жизнь (или душа? – он не знал наверняка) покидала хозяина, чтобы утолить ненасытный, наведенный Скверной голод колдуна. Гул’дан смотрел на него с дикой торжествующей улыбкой, расхаживая по арене поединка и показывая Орде тело умирающего Северного Волка. А потом, когда, наконец, высасывать было уже нечего, колдун с отвращением отшвырнул Дуротана.

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Вновь ему было уже не встать.

Северный Волк понял, что смотрит снизу вверх на Оргрима, но говорить уже не было сил. Он попытался умоляюще поднять руку, однако смог лишь чуть заметно пошевелить пальцами. И все же Оргрим понял.