ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Варкрафт Кристи Голден Лунный свет омывал тронный зал Штормграда, отчего королевский трон из белого камня как будто лучился собственным сиянием, а золотые львы, сидящие у его подножья, превратились в серебряных бестий с мертвенным взглядом. Холодноватый молочный свет блистал на гранях развешенного по стенам оружия, а тени по углам, куда не дотягивались бледные пальцы луны, казались озерцами непроглядного мрака. В этом нездешнем сиянии человек с богатым воображением вполне мог представить, что декоративные доспехи, замершие, как часовые, были не столь уж пусты. Торжество луны нарушал свет единственной лампы, отбрасывающей теплые, красноватые блики на решительное лицо мальчишки. Он держал в руках две вырезанных из дерева игрушки. Первая была солдатом, облаченным в разрисованную версию доспехов, темневших по всему безмолвному залу. Вторая – ссутулившейся тварью: зеленой, с кабаньими клыками и топором в половину роста ее деревянного противника. По полу были разбросаны другие солдаты и монстры. Большая часть игрушечных чудищ все еще стояла. Большая часть солдат была повержена. Когда открылась дверь, в комнате стало светлее. Мальчик обернулся, недовольный тем, что ему помешали, и окинул вошедшего быстрым сердитым взглядом, прежде чем вернуться к своей игре. – Итак, – произнес новоприбывший. Голос его звучал довольно молодо. – Вот где вы прячетесь. «Принц не прячется, – подумал мальчишка. – Он идет, куда пожелает, когда хочет побыть один. Это никакие не прятки». Человек подошел к нему. В тусклом свете лампы его волосы не казались столь седыми, а шрам, рассекающий лицо от подбородка до глаза, – столь уродливым, как при дневном свете. Он опустил взгляд на сцену, разыгранную мальчиком. – Как продвигается сражение? «Как будто он не видит. Как будто не помнит». Поначалу мальчишка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В глазах бывшего побратима блеснули слезы, и он кивнул. Он – тот, кто предал Северных Волков – теперь должен был говорить от их имени.

Так и надо.

Орки увидели. Дуротан совершил то, за чем пришел.

И этого было достаточно.

Оргрим оглядел собравшихся орков.

– И вы последуете за этой тварью? – воскликнул он, вложив в одно слово всю свою ненависть и презрение. – Неужели? Вы последуете за этим демоном? Я – нет. Я последую за истинным орком. За вождем!

Толпа наблюдала. Над головами проносился ропот.

– Он сейчас даже не похож на орка, – услышал Оргрим.

Гул’дан стоял, отдуваясь, молча бросая им вызов. Оргрим заметил, как несколько воинов развернулись, чтобы уйти. Он также обратил внимание, что у некоторых из них кожа была зеленоватой. Эти орки увидели, что их ждет, если они продолжат якшаться со Скверной, и решили выйти из игры.

Оргрим вновь обернулся к преданному им другу и вождю. Дуротан, сын Гарада, сына Дуркоша, лежал неподвижно. Но он умер так же, как жил – храбро, с верой в сердце, в справедливом бою против ужасного врага.

Оргрим вспомнил слова Дуротана, произнесенные еще до того, как Северные Волки отправились на юг и присоединились к Орде: «Есть лишь один нерушимый закон, одна традиция. И он гласит, что вождь обязан поступать так, как будет лучше для его клана».

Сегодня клан Дуротана не ограничивался Северными Волками. В его клан вошла вся Орда.

Оргрим опустился на колени рядом со своим павшим вождем и, взявшись за один из клыков, выдернул его из челюсти погибшего.

– Это для твоего сына, – сказал он Дуротану, – чтобы твой дух смог наставлять его.

– С тобой я разберусь позже, Оргрим Молот Рока, – пригрозил ему Гул’дан.

Несколько орков шагали прочь, возмутившись только что увиденным омерзительным представлением. Один из них, сплюнув, сказал:

– Твоя власть не стоит такой цены, колдун! Оргрим замолчал – ему было интересно, чем это кончится. Гул’дан, чуть ли не исходя пеной от ярости, поднял руку. Трое орков, которым не повезло оказаться рядом с ним – включая, как заметил Оргрим, и тех, кто был верен колдуну – забились в агонии. Их жизненная субстанция была не высосана, не извлечена, а безжалостно вырвана из их тел. Белая магическая энергия хлынула в протянутую ладонь Гул’дана. Затем колдун вскинул вторую руку, и из нее потекла тошнотворная, слишком близко знакомая им зелень Скверны.

– Кто-нибудь еще? – вызывающе спросил Гул’дан.

Те, кто еще не успел убраться подальше от разгневанного колдуна, неловко переминались с ноги на ногу. Оркам не хотелось оставаться, но и умереть, как их товарищи и как Дуротан, тоже не хотелось.

– А ты, военный вождь?

Переполненный энергией Скверны, Гул’дан крутанулся на месте и выбросил руку вперед, направив всю накопленную силу прямо на Чернорука.