— Не стой! Сядь, пожалуйста, — попросил Клайв, не меняя позы.
Нора хотела пройти мимо дивана, чтобы сесть в одно из кресел, но Клайв, схватив ее за руку, силой усадил рядом с собой:
— Я не могу, говоря с тобой, кричать через всю комнату.
— Эве и Даниилу надо поближе узнать друг друга. Допускаю, что Дан перестарался. Ему ведь так хочется понравиться девочке.
Откинувшись на спинку дивана и вытянув ноги, Клайв внимательно разглядывал носки своих туфель. Потом внезапно спросил:
— Ты действительно влюблена в него?
Прозвучавшее в его голосе недоверие и даже легкое пренебрежение насторожило Нору.
— Конечно, я люблю Дана! Он — замечательный человек, — воскликнула она. А про себя с огорчением подумала, что как раз сегодня тот не показал себя уж очень замечательным. Определенно, во многом такой сбой был спровоцирован именно Клайвом.
— Не знаю, чего ты добивался, — сказала она, — но ясно, что из нашей попытки договориться ничего не вышло.
— Разве я чего-нибудь добивался? — с деланным удивлением спросил Клайв. — По-моему, я был почти безупречным… гостем.
Нора отметила эту заминку в конце фразы. Формально тот действительно был гостем, но роль, которую он играл в жизни Эвы, позволяла ему претендовать на нечто большее в этом доме. Сегодня был момент, когда он вел себя скорее как гостеприимный хозяин, старающийся помочь не очень желанному гостю преодолеть неловкость. Наверное, зря она заподозрила его в нехорошем. Впрочем, трудно избавиться от ощущения, что Клайв умышленно демонстрировал свое знание дома и его обитателей, заставляя Дана чувствовать себя чужаком.
— Вы еще не решили, где будете жить? — будто прочитав ее мысли, спросил Хартли.
— Мы еще думаем над этим. В доме Динморов три спальни, так что у каждой девочки будет отдельная комната. А может быть, мы купим новый дом.
— Что тогда будет с этим домом?
— Как ты решишь.
— Наполовину он твой.
— Чисто юридически. Ты же помнишь, мы оформили дом таким образом исключительно в интересах дочери, на случай, если с тобой что-нибудь случится. Платил за него всегда ты.
Клайв никак не реагировал на ее слова, будто вовсе не услышал их. Он сидел, погруженный в какие-то свои мысли, уставившись потухшим взглядом на огонь в камине и потягивая виски.
— Со временем все поменяется, — нарушила молчание Нора. — Эва привыкнет к новой жизни, к новому дому. Ты тоже привыкнешь…
— Наши отношения уже не будут прежними? — печально спросил Клайв.
— Нет, конечно, — решительно ответила Нора и вдруг почувствовала такую глубокую грусть, что пришлось сделать над собой усилие, чтобы это не отразилось на лице. — Но на твои отношения с Эвой это никак не повлияет.
— Ты знаешь, я почему-то думаю сейчас не столько о своих отношениях с дочерью, сколько о наших отношениях с тобой.






