ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Карусель Карен Брукс Ребенок закричал сразу, как только замер крик той, кто мгновение назад стала матерью. Громко заявила о себе новая жизнь. — О, поздравляю, юная леди, у вас родилась прекрасная, здоровенькая девочка! Юная леди… Доктор тактично использовал именно эту формулировку, не зная, какое слово предпослать ее имени — «мисс» или «миссис»? Мисс — было бы по-житейски неверно: раз она стала матерью, то какая же она девушка? Миссис — формально неверно: раз не замужем, какая же она, извините, миссис? Эти соображения не проплыли в голове логично связанными мыслями, а вспыхнули секундной догадкой, не затронув сердца обидой. Юной леди отныне предстоит существовать на этой эфемерной линии, разделяющей вполне определенные понятия — «мисс» и «миссис». Незамужняя мать… Глава — как там у социологов? — неполной семьи. Семьи, в которой только она и ее дочь, еще незнакомая, но уже успевшая стать для нее самым родным существом на свете. Тело, еще минуту назад разрываемое безумной болью, наполнилось невероятным блаженством покоя. Самоуверенному племени мужчин доступны все радости жизни, кроме этой: пережить удивительное состояние полного блаженства после уже отступившей боли. Мысли текли вяло и были легкими и приятными. Они не касались ни того, что предшествовало сегодняшнему событию, ни того, что ждет в будущем. Акушерка с марлевой повязкой на лице уже запеленала младенца и повернулась к матери с таким видом, будто хвасталась перед той делом рук своих. — Вот какая у нас красавица, — сказала женщина, и по глазам ее чувствовалось, что повязка скрывает широкую улыбку. Мать ответила на ее улыбку своей, полностью согласная с определением — «красавица». Сморщенное личико новорожденной уже немного побелело, его обрамляли темные и довольно густые волосики. Надо же — у малышки темные вол

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несколько минут спустя машина уже увозила пострадавшего. И тут Нора и Эва снова увидели Клайва, широким шагом направляющегося к ним.

— Что случилось? — взволнованно спросила Нора.

— По-видимому, несчастный ударился обо что-то головой и потерял сознание. Но вскоре после того, как нам удалось его вытащить из воды, он пришел в себя. Думаю, все обойдется, но на всякий случай пострадавшего отвезли в больницу на обследование.

— Ты, папа, спас ему жизнь? — восхищенно спросила Эва.

— Ну, не преувеличивай моих заслуг, — засмеялся Клайв. — Для этого туда приплыл спасательный катер, а я просто вовремя помог. Извини, Нора. Начинается церемония награждения. Скоро вернусь. Вы не уходите.

Нора потащила девочек смотреть, как команде-победительнице вручают кричаще-яркие призы вместе с огромной бутылкой шампанского, которую они тут же открыли, облив при этом друг друга и стоявших рядом зрителей. Никто из последних не выразил по этому поводу ни малейшего неудовольствия.

Читать дальше

По дороге домой они заехали в дом пострадавшего, чтобы убедиться, что его жена знает о случившемся, и выяснить, не нужна ли ей помощь. Потом отвезли Салли.

Подъехав к дому Норы, Клайв остановил машину и, положив ладонь на ее руку, сказал:

— Спасибо тебе, что пришла вместе с Эвой.

— Клайв, ты совсем замерз, — тихо отозвалась та.

— Да, есть немножко, — признался он.

Хотя в машине было тепло, его руки оставались холодными как лед.

— Пойдем в дом, — предложила Нора. — Я напою тебя чем-нибудь горячим.

Клайва явно удивило приглашение, но он не стал спорить. Эва уже выскочила из машины и, взбежав по ступенькам, ждала родителей у двери.

— Может быть, примешь горячую ванну? — спросила Нора.

— Звучит соблазнительно, — отозвался гость, поеживаясь от холода.

— Эва! Принеси папе полотенце из шкафа. То, которое побольше. А ты иди прямо в ванную.

Сняв жакет, Нора прошла на кухню. Достала кофеварку, и тут на глаза попалась стоявшая в буфете бутылка виски. Не задумываясь, она налила почти полный стакан, добавив лишь немного льда, и направилась с ним к ванной комнате.

— Можно войти? — постучала она в дверь.

— Входи!

Клайв уже лежал в ванне. Плававшая на поверхности мыльная пена ничуть не служила прикрытием его наготе. Он с любопытством взглянул на Нору.

— Извини, я не знала, что ты уже разделся, — попятилась было она, но, передумав, подошла к ванне и протянула ему стакан. — Ты, наверное, хочешь немного виски, — преодолев смущение, сказала Нора.

Я веду себя как глупая гусыня, подумала она. Ну, лежит едва прикрытый от постороннего взгляда мужчина. Чего тут смущаться-то? Ведь не специально же явилась посмотреть на обнаженную натуру, а оказывает человеку помощь.