ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Две свадьбы Мари Феррарелла Как тайфун, проносящийся по выжженной солнцем пустыне, ворвалась Марго Макклауд в двери церкви Святого Михаила в Бедфорде, волоча за собой чемодан. Марго терпеть не могла опаздывать. Из Афин она прилетела вовремя, но от аэропорта добиралась три часа из-за затора, образовавшегося вследствие аварии. В дверях она налетела на мужчину, и от падения ее спасли его крепкие руки. Пытаясь прийти в себя, Марго сделала глубокий вдох. Незнакомец приподнял темные брови и улыбнулся. — Марго? Марго удивилась: этот человек знает ее имя, хотя он ей совершенно незнаком. Она внимательно посмотрела на него и поняла, что такого мужчину трудно было бы забыть. Этакий тип сурового воина, оставляющий неизгладимое впечатление после единственной встречи. Если, конечно, суровые воины надевают смокинги. И где он отыскал смокинг, вмещающий такие широкие плечи? — Да, я Марго. — Неужто в дополнение ко всем неприятностям она перепутала назначенное время? — Я ведь не пропустила ничего, нет? Брюс Рид был мгновенно захвачен исходящим от нее потоком энергии. Он легко нашел в ней сходство с ее дочерью. Те же глаза, губы, удивительный цвет волос — пшеница под ярким утренним солнцем. Мелани носила длинные волосы, а у этой женщины они подстрижены и открывают нежную кожу шеи. Резко очерченный подбородок говорил о ее характере. «Признак бойца», — подумал Брюс. Мать и дочь, а? Не попал ли его сын в переплет, оказавшись неожиданно между ними? По крайней мере, внешность достаточно привлекательная. — Нет, вы ничего не пропустили, — заверил он ее. Кивком головы Брюс указал на двойные деревянные двери, ведущие во внутреннее помещение, которое было переполнено людьми. Все, включая его нервничающего сына, ожидали прибытия Марго. — Мелани настояла на том, чтобы задержать венчание. Она отказыва

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Брюс завел машину, но не стал трогаться. Он осознал, что еще не знает пункта их назначения, но, кроме того, надо было решить некоторые неотложные проблемы, повинные в его бессоннице.

— Почему вы не сказали, что на кассетах записан ваш голос? — Он старался, чтобы вопрос не прозвучал обвинением, что оказалось нелегко.

— Извините, я подумала, что вы поймете. Поезжайте прямо, я скажу, где свернуть, — добавила Марго, поскольку он не сделал попытки двинуться с места. — Ведь кассеты надписаны мною, — подсказала она.

Он отъехал от тротуара. Машин было немного.

— Я подумал, это копии обучающих кассет.

Марго прижала руки к сердцу жестом, сделавшим бы честь актрисе времен немого кино, и округлила глаза.

— Вы предъявляете мне обвинение в нелегальной деятельности? Знаете ли, налоговая полиция относится к этому чрезвычайно серьезно. — Уронив руки, она взглянула ему в лицо. Он сидел очень напряженно. Она не могла понять, почему то, что языковые кассеты записаны ею, так его беспокоит. — Да что такое? У вас были проблемы с записями?

Он хотел было свернуть разговор, но решил, что раз уж зашел так далеко, то стоит довести дело до конца.

— У меня не было проблем с записями, проблемы возникли с засыпанием. — Он помедлил, думая, стоит ли признаваться до конца или нет. — У вас не тот тип голоса, который называют убаюкивающим.

Улыбка заиграла у нее на губах. Улыбалось все ее существо.

— Это вы пытаетесь обходным путем довести до моего сведения, что я вас жутко утомляю? — Марго знала, что напрашивается на комплимент, но разок можно и побаловать себя.

— Нет. — Брюс не понимал, почему эти кассеты так его разозлили. Ему требовались колоссальные усилия, чтобы подавить злость. — Я пытаюсь обходным путем сказать, что у вас самый сексуальный голос, который я когда-либо слышал, и я полночи не спал, слушая его.

— В следующий раз попробуйте теплый душ.

Неверно, подумал он. Взглянув на свои руки, он заметил, что они непроизвольно сжались. Он заставил себя расслабиться. В душе его опять происходила борьба. И неизвестно, какого ожидать исхода.

— Теплый душ, — проворчал он, — последнее, что мне требовалось.

Марго сжала губы. Смеяться не время. Прилежно делая серьезное лицо, она спросила:

— Но что-нибудь из записанного в мозги просочилось?

Брюс вздохнул и после раздумья ответил:

— После третьего прокручивания я начал распевать слова, словно заклинание.

Она кивнула. Это все, что ей хотелось узнать. Нет, не все. Еще ее интересовало, куда завели его те самые сексуальные мысли, но это означало бы напрашиваться на неприятности, а у них впереди еще урок.

— Хоть как-то работает. Готовы получить небольшую порцию культуры?

Читать дальше

Он бросил на нее быстрый взгляд, поднял брови.

— Итальянской?

Ее выражение было совершенно невинным.