ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Единственный Кейт Литл Он сам не знал, зачем вернулся. Возможно, было какое-то предчувствие. Необходимость прикоснуться к родным пенатам накануне взлета к новым вершинам, к новой работе и новой жизни в Нью-Йорке. Первое после колледжа назначение, первый шаг в карьере, которая представлялась блистательной, полной захватывающих возможностей. Приступать к обязанностям предстояло в понедельник. Он уже перевез свои небогатые пожитки в новую квартиру в Челси. Все вопросы улажены. Но по неизвестной причине Коннор почувствовал нужду провести несколько дней на Кейпе. [1] Имеется в виду Кейп-Код, полуостров в северо-восточной части Соединенных Штатов, расположенный возле одноименного залива. — Здесь и далее прим, перев. Целыми днями дышать свежим океанским воздухом, а вечера проводить на веранде старого домика, который практически не изменился со времен его детства. Когда много лет назад умерла мать Коннора, отец сохранил дом таким, каким он был при ее жизни. Коннор часто сокрушался о том, что мама не дожила до того дня, когда он завершил образование. Она бы гордилась им. В отличие от отца она полагала, что он вправе распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению. После ее смерти Коннор не часто навещал родной дом. Они с отцом не уживались, и так было всегда. Отсутствие Коннора редко вызывало вопросы. Здесь у него ничего не осталось, думал Коннор, подъезжая к владениям Сатерлендов. Ничего, кроме воспоминаний. Он и в самом деле не знал, чего ради приехал сюда на выходные. И из-за чего принял внезапное приглашение Чарлза Сатерленда на прием, устраиваемый нынешним вечером в главной усадьбе. Может быть, он согласился приехать просто из чувства признательности к Чарлзу, который во многих случаях бывал очень щедр к нему. Этот долг ему никогда не выплатить. Внушительный особняк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Более того, в тот вечер Коннор поцеловал ее.

До сего дня он не мог забыть ту минуту. Легкий, нежный поцелуй в губы. Она замерла и порозовела. Это был наполовину дружеский поцелуй… Но Коннор вовремя понял, что Лорел еще слишком молода для романтических отношений, что бы он сам ни испытывал.

А разве сейчас что-то радикально переменилось? Лорел красива, элегантна, очаровательна, и Коннор испытывает ревность к каждому присутствующему здесь мужчине. А между ним и Лорел опять мерцают невысказанные чувства. И ему по-прежнему хочется поцеловать ее. Нет, не чмокнуть невинно, а поцеловать так, чтобы у этого поцелуя было самое серьезное продолжение.

А Лорел по-прежнему недоступна. Невообразимо далека. И в этот вечер дальше, чем когда-либо.

Как же он мог прожить без нее все эти годы?

Он все еще продолжал поддерживать ни к чему не обязывающую беседу, а где-то в виске стучало: это Лорел. Моя Лорел. И мы снова вместе.

Разговор затих. Тела их двигались в такт музыке — как одно. Чувствует ли это она? Коннору казалось, что она должна чувствовать… что-то необычайное, как и он.

— Коннор… — Она произнесла его имя медленно, как будто пробуя его языком. — Я много о тебе думала в эти годы, о том, что ты делаешь… — Голос изменил ей. — Я скучала по тебе.

Лорел подняла на него глаза, чистые и голубые, говорящие куда больше, чем могут сказать слова.

Ее бесхитростное признание пронзило Коннора, тронуло его сердце, душу, громким и чистым звоном отозвалось в нем.

— И я о тебе думал, Лорел. — Он тряхнул головой и взглянул на нее сверху вниз. — Я тоже скучал по тебе. Очень скучал.

От внимания Коннора не укрылось то, как его слова подействовали на нее. Сначала на лице Лорел отразилось удивление, а потом ее взгляд сделался добрым и нежным. Она всегда откровенно и честно выражала свои чувства. Лорел доверчива, ей нельзя сделать больно.

Мне не хватало тебя, Лорел, мысленно сказал он. Что-то есть в моей жизни, что не дает мне покоя, внушает недовольство, сводит с ума. Какая-то неясная необходимость движет мной. Желание чего-то добиться, преуспеть. Вырасти в чьих-то глазах. Не родных, нет. Даже не в собственных. В чьих-то. Чьих? В твоих, Лорел. Я все делаю для тебя. Из всех женщин, которые мне встречались, я сблизился с одной; может быть, с двумя. Но ничего из этого не вышло. Я сравнивал их с тобой.

Коннор чувствовал, как музыка окутывает его.

Чувственный голос певца идеально соответствовал лирическим строкам, в которых описывалось магическое мгновение, когда любовь открывает себя, осознает. Неожиданно Коннору захотелось рассмеяться над собственной слепотой и глупостью. У него стало легко на сердце. Он вдруг освободился от груза, о котором сам не подозревал.