Прежде подобное поведение не было для нее характерно. Можно подумать, что другая личность вселилась в ее тело.
— Позволь же тебя спросить, где это — том?
Произнесенный шепотом вопрос не помешал Лорел ласкать Коннора. Бедра его шевельнулись и встретили тепло ее губ. Она расстегнула джинсы Коннора и приспустила эластичные трусы. Ее возбуждал вкус его кожи и неповторимый запах. Руки, сжимавшие ее плечи, казались сделанными из свинца.
— Ш-ш… — Голос Коннора прервался. — Не могу., сказать, — все же сумел произнести он.
— Говори, — потребовала она. — Ну пожалуйста…
— Лорел, родная, — хрипел Коннор, — я хотел еде… сделать сюрприз… Нет, не прекращай. Да… да… О, да… Да!
Он скрипел зубами и стонал, впиваясь пальцами в плечи Лорел. Вдруг он отпустил ее и рухнул около ее кресла. Его голова оказалась у нее на коленях.
Лорел дала ему время прийти в себя.
— Упрямый, скажешь ты мне теперь?
— Я боялся, что ты перестанешь, если я скажу, признался Коннор, ловя ртом воздух. — Я увезу тебя на Кейп… Да что ты со мной сотворила?
Он неловко поднялся и постарался привести в порядок одежду.
— Я же сказала, что у меня имеются свои способы.
Лорел опустила руку на его темную шевелюру и погладила ее, задумавшись.
Неужели Коннор хочет, чтобы она посетила свои владения на Кейпе? Дом сейчас необитаем, и в последние годы туда редко кто-нибудь приезжал. Тодд, в бытность свою мужем Лорел, не любил там бывать. В свободное время он предпочитал путешествовать по новым местам.
Так как у Филиппа и Лайзы есть дети, их семейство посещает имение на Кейпе гораздо чаще, чем Лорел. Даже после того, как она вновь стала одинокой женщиной. После смерти отца она была полноправной совладелицей имущества — и все-таки чувствовала себя гостьей, вторгающейся то и дело на территорию Филиппа.
Сейчас же имение оказалось в ее полной собственности, так как Коннору представлялось принципиальным, чтобы Филипп подписал отказ от своей доли. Однако после свадьбы Коннор ни разу не заговаривал на эту тему. Держит ли он в голове этот вопрос? Или думает о прошлом? Лорел не сомневалась, что Коннор запланировал что-то вроде романтического путешествия. Но как ей самой к этому относиться? Невозможно вернуться назад и переписать прошлое, невозможно вычеркнуть боль сердца, длившуюся столько лет.
Коннор выпрямился.
— Все уже подготовлено, — сказал он, но по его лицу Лорел увидела, что он не остался безразличным к ее колебаниям. — Машина готова. Так что давай поедем.
Рано или поздно Лорел придется побывать в том доме; это она понимала. Но не сейчас. Только тогда, когда их брак станет частью прошлого. Невозможно ехать туда сейчас, с мыслями о том, что ей предстоит снова потерять Коннора.
— Я хотела бы поехать с тобой куда-нибудь, произнесла она, поднимаясь из-за стола.






