ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Крысолов Александр Горский Напоследок он покормил кошку. Насыпал ей полную миску сухого корма, потом, подумав, распорол ножом еще почти полную пачку и бросил на грязный пол кухни. В одном из навесных шкафов нашел то ли большую эмалированную миску, то ли маленький тазик и набрал в него воды. Испуганная кошка так и не вышла из своего укрытия. Ну ничего, проголодается — вылезет. Если повезет, то дотянет до того дня, когда квартиру откроют. Посмотрев в дверной глазок и убедившись, что поблизости никого нет, убийца, накинув капюшон, осторожно вышел на лестничную площадку, аккуратно захлопнул дверь. «Все же замок с защелкой — это очень удобно. Можно не беспокоиться, что дверь распахнет сквозняком или еще по какой непредвиденной причине. И не надо трясти ключами». Убийца был доволен тем, как все сложилось. Все оказалось даже проще, чем он ожидал. Конечно, кое-что пошло не совсем так, как было задумано, но тем не менее результат был достигнут. Неторопливо убийца спустился вниз по лестнице, негромко хлопнула входная дверь в подъезд. На лестнице вновь стало тихо. Летом иногда в подъезде отчаянно гудели ненароком залетевшие в дом мухи. Они громко жужжали и с разгона отчаянно бились о стекла закрытых окон. Но сейчас было начало марта, мухам в подъезде было взяться неоткуда. Человек в капюшоне, выйдя на улицу, быстро огляделся, во дворе было на удивление тихо. Камера видеонаблюдения, установленная по программе «Безопасный город», смотрела на перекрытый шлагбаумом въезд во двор. Человек что-то пробормотал себе под нос и, немного сутулясь, пошел в противоположную сторону. В той части двор был огорожен высоким металлическим забором. Как это часто бывает, один из прутьев забора был выломан и открывал более короткий путь к автобусной остановке. Человек в капюшоне легко протиснулся сквоз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Беспокойство Марины и ее нежелание отпускать от себя мужа усиливались день ото дня, несмотря на клятвенные обещания прилетать каждую неделю на выходные. Подгорный и до этого замечал, что жена его сильно изменилась. После перенесенной травмы она стала более эмоциональной, склонной к сильным перепадам настроения. Физически она почти полностью восстановилась и ежедневно совершала долгие пешие прогулки по поселку, сопровождаемая мужем, мамой или детьми, однако ее эмоциональное состояние оставляло желать лучшего. Не выдержав напряжения, Макс однажды тайком поехал к профессору Минаеву, лечившему Марину все те долгие месяцы, что она была в клинике. Однако, выслушав Подгорного, профессор лишь сделал задумчивое лицо, пожевал губами воздух и наконец изрек: «Время, Максим Сергеевич, время. Нам остается надеяться только на него. Человек, пробывший, можно сказать, в небытии несколько месяцев, возвращается в наш мир и узнает, что земля без него не остановилась, дети подросли, муж вполне здоров и упитан. И тогда человек задает себе вопрос: а может быть, им всем без меня было хорошо? Может быть, им без меня гораздо лучше, чем со мной? Глупость, конечно, несусветная, но человек так уж устроен. Человек необычайно мнительное создание. Наши эмоции зачастую нелогичны, даже парадоксальны. В нынешней ситуации вашей супруге может помочь только время и, конечно же, — спохватился профессор, — любовь и внимание всех близких ей людей».

На прощание Минаев крепко пожал Максиму руку и, глядя прямо ему в глаза, пожелал: «Терпения вам, друг мой, терпения». В голосе профессора слышалось явное сочувствие.

Прощальный вечер вышел скомканным. Детям передалось подавленное настроение матери, и, несмотря на любимые всей семьей роллы, ели без особого аппетита. Немного потыкав палочками в куски риса с рыбой и сделав пару глотков белого вина, Марина поцеловала детей и ушла в спальню. Макс еще немного поболтал с мальчишками, еще раз клятвенно пообещал приезжать как можно чаще, а на весенние каникулы забрать их на неделю в столицу. Ох уж эти обещания! Как часто мы искренне от всего сердца обещаем то, чего выполнить не сможем, а порою даже не попытаемся. Позже мы непременно найдем убедительное объяснение невыполнению своих обещаний и так же будем искренне в них верить, так же искренне обижаться, если кто-то нас заподозрит в лицемерии. Но все это будет потом.

Войдя в спальню и прикрыв за собой дверь, Максим несколько мгновений стоял неподвижно, привыкая к темноте. Прикроватные ночники были погашены, еле слышно было равномерное дыхание жены. Марина либо уже спала, либо притворялась. Макс постарался забраться под одеяло как можно тише и еще долго лежал с открытыми глазами, глядя в темноту.