ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Художник Татьяна Буньковская Ему не верилось, что все это сейчас происходит именно с ним. Кто угодно, но только не он должен был пережить смерть близких людей. Кто угодно, но только не он должен был стоять сейчас на этом унылом кладбище в окружении толпы людей с отрешенными, скорбными лицами. Кто угодно, но только не он должен был смотреть на то, как в могилу уходят тела его родителей и младшего брата. Он все еще словно слышит покашливания отца, он все еще словно чувствует запах маминого крема, он все еще словно видит перед собой озорные карие глаза брата-подростка, задумавшего очередную смешную выходку. Еще вчера утром он был сыном, старшим братом, а сегодня — сирота. Странный статус для двадцатилетнего парня. Раньше ему всегда казалось, что сирота — это ребенок из детдома, или просто ребенок без родителей, не достигший зрелости. А теперь он понял, что сиротой можно себя ощущать в любом возрасте. Потому что родители — это в некотором смысле Боги, создатели и сколько бы ни было их детям, они — их творения. Творению без творца одиноко в этом мире — это истина, которую ему пришлось усвоить меньше чем за сутки. Хотелось заткнуть уши, чтоб не слышать причитаний тетушек и отвратительную для восприятия молитву Батюшки. Хотелось заткнуть нос, чтобы не ощущать мертвый запах земли и тошнотворный аромат ладана. Хотелось закрыть глаза — чтобы не видеть и не запечатлеть в своей памяти тот момент, как могилы его родных людей наполняются кладбищенской землей. Это не длилось долго по меркам земного времени, но ему казалось, что проходят часы, а пытка не оканчивается. Может, он начал сходить с ума, но ему стало мерещиться, что все поглядывают на него со странным выражением лица. Таким именно недоуменным выражением, которое не простой вопрос задает. Вопрос, который он и сам себе задает

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Были бы они чудной парой, вот только Бог не просчитал притяжения Земного, где чувство собственности заслепляет Адама, а женщина не может быть на цепи… если только она не воспринимает себя частью мужчины. Ребром, например. Поэтому когда ничего не получилось, Бог задумался как бы делу помочь. А тут Люцифер вовремя попался со своим пылом и азартом экспериментов…

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Но по большому счету, если сравнивать живую и земную, но непокорную Лилит с Люцифером, то он напротив замкнут, он одиночка. Детей своих эта пара воспринимает как личность с самого их рождения. Лилит их боготворит, с удовольствием смотрит, как они познают мир. Люцифер более сдержан в чувствах, своих детей он воспринимает с любопытством, как творения, но никаких ожиданий он к ним не испытывает. Он ждет что же такого интересного может получиться из этого дитя.

Конечно, речь идет не о тех первых Адаме, Еве, Лилит и Люцифере. Но люди, каждый из них похожи в чем-то на своих прародителей. И типичным Адамом может быть женщина, добивающаяся высот в бизнесе, обеспечивающая семью, а Лилит типичной может быть мужчина, путешествующий и не сидящий на месте, общительный и яркий, которому узы брака чужды.

Ваня усмехнулся сам себе. Можно целую философию построить на этих знаниях. Но не для этого он был избран открыть ту тайну. А для того, чтобы помочь иным парам не пасть от искушений Люцифера, их будет к нему направлять судьба, а Люцифер тем временем подготовит того, кто крылья отыскать возьмется. И на кону стоит возвращение к Богу на Небо. Жаль только, что Люцифер для этой роли спасителя выбрал сына Вани и Янины…

Вороны недовольно поглядывали на Ваню и взлетали, время от времени, когда его путь шел сквозь их стаю. В самом центре поля молодой человек остановился и извлек из кармана смятый лист, на котором был нарисован ворон. Теперь его черты едва проступали на бумаге, он исчезал, а глаза заволокло белой дымкой. Это был умирающий ворон, но до сих пор было заметно, что это была не просто птица, а нечто в ее обличии. Ваня чиркнул спичкой и поджег бумагу. Вороны тут же взлетели и направились прочь на другие поля, сбиваясь в полете от страха и паники с громкими тревожными криками.

Ваня остался на поле один, но даже не заметил этого, он смотрел, как догорает бумага и понял, что этим вороном был не он, и не Люцифер, а страхи Янины. Однажды Лилит сделала невероятное усилие над собой и не последовала за любимым в преисподнюю, куда он ее так звал. Если бы она пошла, то не известно, чем бы все обернулось, но она осталась, когда ее обзывали ведьмой, она проглатывала оскорбления себя и своих дочерей. Хоть дочери эти часто выбирали тьму.

Что до Янины, она была чиста и невинна, но был в ней один червь. Она боялась, что Ваня ее погубит.