ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Может ли девушка полюбить человека, который ее казнил? Причем, на всю жизнь? А могут ли две девушки любить одного мужчину, а он - их? Прочитайте – узнаете. Чего только не бывает на свете! Фэнтези, эротика, 18+. Палач Я шагал по подземному коридору, слышал эхо своих шагов и думал: когда же это кончится? Вот истек еще один год, а я все так же служу палачом. За десять лет я уже казнил девятерых. Никто не знает, чем я занимаюсь, никто не подозревает, что обычный молодой человек, живущий рядом с ними, в обычном городе, выполняет такое экзотическое, но в то же время, такое необходимое дело. Наш мир был миром необычным. Им управляли демоны, и он существовал до тех пор, пока ежегодно в каждой стране и в каждом регионе в жертву приносилась одна женщина. Почему? Никто не знал, но так было испокон веков. И будет. До тех пор, пока… Но об этом лучше не думать. И не говорить. Когда меня назначили на эту должность, мне было шестнадцать лет. Я хотел отказаться, я предпочел бы умереть сам, но демоны мне объяснили, что это не поможет. Если я откажусь, я не умру, а просто обо всем забуду, на мое место придет другой, и все продолжится. До тех пор, пока… И я согласился. Надежда не оставляла меня все эти десять лет. Не оставляет и сегодня. Я прошел по последнему коридору и открыл дверь дежурной комнаты. Сидящий за столом человек в форме поднял голову: - А, палач! Прошу! – он улыбнулся вполне искренне, и, как мне показалось, с облегчением. Я знал, что моего лица он не видит, для того, чтобы он не узнал меня при случайной встрече – никто не должен знать, что я работаю палачом. А вот казнимая увидит обязательно. Но я с ней больше никогда не встречусь. Я подошел к шкафчику у стены и стал переодеваться – скинул туфли, джинсы, куртку и рубашку, а затем надел набедренную повязку. И ничего больше. -

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

* * *

Наконец, через неделю после нашего возвращения, вечером, Оля позвала нас с Таней и сказала, что хочет с нами поговорить.

Мы, как в первый день, уселись в кресла, Оля в одно, я в другое, а Таня уселась ко мне на колени. Оля по-прежнему была без одежды, с набухшими острыми сосками и торчащим клитором.

- Танюша, ты на меня не сердишься? – спросила Оля.

- Что ты, милая! Я тебя так люблю… Только боюсь за Андрюшу, ведь ему приходится по пять раз в день заниматься с тобой сексом…

- Я надеюсь, что скоро все это закончится.

- Как именно? – спросил я. – Впрочем, я тоже нисколько не сержусь на тебя, и силы у меня пока есть.

- А что ты можешь сказать, как врач? Отчего это все?

- Гм… Я думаю, что это произошло потому, что ты так неосторожно включила парализатор, направив его на основание мозга. Воздействие растормозило гипофиз, и у тебя нарушился гормональный баланс. Окситоцин…

- Да, хотя я не врач, но пришла, в общем, к тем же выводам, покопавшись в Интернете. И я придумала,

что

мне надо сделать, чтобы все стало, как раньше…

- Рассказывай, Оленька!

- Ну, прежде всего, восстановить нарушенный гормональный баланс практически невозможно. Гормональные нарушения вообще лечатся очень плохо… Но вы же помните, что Он нам сказал напоследок?

- Да. Что, если кто-то из нас умрет, то через день воскреснет.

- Вот! И я решила, что мне просто надо умереть.

- Олюшка! Что ты выдумываешь?

- Нет другого выхода! Когда я воскресну, у меня будет новое тело, и… и все вернется к тому состоянию, которое было до того, как я подверглась действию этого проклятого парализатора! Я надеюсь на это…

- Ну, возможно, в этом что-то есть… Но если нет?

- Такого быть не может! Ведь Он сказал, что я найду выход.

- А как же ты хочешь умереть? Я что, должен снова казнить тебя?

- Нет. Я сама себя убью.

- Как?! Ты разве не боишься?

- Нет! Я ведь уже умирала, а теперь знаю, что воскресну через день. Ради вас с Таней я должна это сделать! Даже если…

- Ну… Раз ты так решила… К тому же, наверное, ты действительно права.

- Да, Андрюша. Я решила! Я убью себя, но попрошу вас с Таней мне помочь.

- Конечно, Олюшка, все, что ты захочешь! Но как же ты себя убьешь? Застрелишься? Или повесишься, как в первый раз?

- Нет. Я изучила многие виды самоубийства, и решила, что мне больше всего подходит харакири!

- Как?! Это же такой жестокий способ!

- Зато он позволяет выпустить жизнь из живота, и тем самым полностью обновить свое тело, - она говорила это каким-то странным голосом, в нем звучал фанатизм.