ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

За чертой Роман Волокитин Как часто силой мысли в краткий час Я жил века и жизнию иной, И о земле позабывал. Не раз, Встревоженный печальною мечтой, Я плакал; но все образы мои, Предметы этой злобы иль любви, Не походили на существ земных. О нет! всё было ад иль небо в них. Михаил Лермонтов На дворе стояло солнечное субботнее утро. Перед тем как отправиться на работу, Сильвия по традиции откопала меня из-под одеяла для традиционного сонного поцелуя. Хлопнула входная дверь, солнечный свет заставлял мозг просыпаться, а я, изо всех сил сопротивляясь бодрости, приказал своей маленькой квартирке затемнить стекло. Приятный, ленивый полумрак как будто нашептывал на ухо: «Валяйся до полудня, а то и дольше», – но не тут-то было. Стоило мне только снова задремать, как в подъезде громыхнуло так, что я выпучил глаза и забился в угол кровати, как кот во время грозы. «Как же все это задолбало!» Снова став нормальным человеком (хоть и с подергивающимся глазом), а не пучком из страхов и инстинктов, я, сбросив на пол одеяло, бурча под нос ругательства, побрел на кухню. На столе меня ждал недопитый стакан теплого виски. Пожав плечами, я осушил его, запил водой из-под крана и, словив расслабончик, отправился в ванную. «Чёртов Гудье со своим дробовиком, чтоб ему пусто было!» – причитал я уже не так ожесточенно, пока десятки тончайших теплых струек щекотали мое лицо. Тридцать семь градусов – примерная температура околоплодных вод. Такой душ меня научили принимать в центе реабилитации «Путь к Истоку». Успокаивает, несмотря на то, что «вы́носила» меня не женщина, а банка в клонариуме. На средних уровнях суицидников было немного, но именно у меня в подъезде поселился один из самых громких. «Гудье подослала ко мне карма, как плату за халтурный подъем из низины, – думал я, пока чистящая таблетк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Приглядевшись, я рассмотрел на грунтовой дороге свежий след, будто бы по ней в лес утащили что-то довольно большое и тяжелое, а в ветвях покалеченного шипастого кустарника застряли рваные клочья лохмотьев – остатки пальто Каса.

Прогремел выстрел, и облако дыма окутало нас.

– Кто стрелял? – спросила Индира. – Где было движение?

Сердце колотилось очень быстро, и оно было чертовски настоящим, как и все в том проклятом мире – шорох листвы во тьме, прохладный ветер и смерть двух сородичей. Наша стая была охвачена страхом, который пронизывал четверых борцов за выживание, словно у них была общая кровеносная система. «А может, никакая это не иллюзия, – думал я, – может, я просто чего-то не понимаю?!»

– Кто стрелял? – повторила Индира.

Дым немного рассеялся, ветер уносил сизое невесомое облачко в темноту лесной чащи, я дышал часто, чтобы очистились ноздри и легкие от запаха закипевшего движка и не упустить приближение старины Каса, ведь самым верным его признаком была вонь.

– Айро? – спросил Сэт.

На всякий случай я проверил патроны в своем обрезе, оба были на месте.

– Я не стрелял! Вы что, совсем идиоты? – сказал я. – Порохом ведь не пахнет!

– Он стрелял! – Макс похлопал по рулю и ловко спрыгнул на землю.

Свет фар погас, и только вышедшая из-за облаков луна освещала аспидно-серый мир. Весь виски к тому времени из нас давно вышел вместе с холодным потом. Прыжок Макса казался безумно смелым поступком, будто бы он спокойно нырнул в океан, кишащий акулами. Повернувшись спиной к враждебной среде, Макс открыл капот автомобиля, выпустив наружу облако пара. Отойдя в сторону, отмахиваясь от горячего облака, Макс бурчал себе под нос неразборчивые ругательства. Как отец семейства, авто которого заглохло по дороге на воскресный пикник, он сказал:

– Ну все, приехали!

– Что сломалось? – спросила Индира.

– Не знаю, не видно ни хрена. Надо бачок открыть и радиатор, снизить давление.

– Да ладно, просто пройдемся до ближайшей заправки.

– Очень блин смешно, Сэт! – раздраженно сказал Макс. – Если бы не твоя тупость, мы бы не застряли здесь рядом с двумя оборотнями в зарослях.

Стоя у переднего колеса, Макс обернул руку полой мантии, чтобы не обжечь ее о двигатель, на каждой детали которого можно было жарить яичницу.

– И что он так нагрелся… – сказал Сэт. – На улице не жарко. Помощь нужна?

– Из-за шаманского бензина, мать его так, неужели непонятно? – сказал Макс, копошась под капотом. – Следи лучше за зарослями.

– Айро, Сэт! – шепнула Индира. – Смотрите!

Я не разобрал, куда именно она указывает, и переспросил:

– Куда смотреть?

– Не на задницу же Сэта! В лес!

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком,

на ЛитРес.