ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Матильда Георгий Юров Железные острова уходили под воду. Незаметно глазу, однако с каждым годом всё выше поднималась полоса прибоя, угрожая рано или поздно смыть с лица земли весь архипелаг. На самом-то деле острова эти состояли из земли, песка и камня, но железа в их недрах было так много, что вода в озёрах имела красноватый цвет, как и песок в окрестных дюнах. Ветер разносил его по округе, оседая на листьях и стволах деревьев, окрашивая в непривычный окрас. Островные жители, отдавая дань, суровой родине отправляясь в военные походы, красили хной бороды в ярко рыжий цвет для устрашения врагов. Красили их также по праздникам и даже по настроению в обычные дни. Каменистая земля и прохладный влажный климат не годились для хороших урожаев, идущая в еду пища была скудной и в основном привозной, которую выменивали на железо, лес, пеньку, овечью шерсть, шкуры животных и, конечно же, рыбу, что являлась основным промыслом местных жителей. – Если так пойдёт дальше, то скоро негде будет выпасать скот, – проворчал Грант, дальний родственник Рейнгольда, островного военного вождя, глядя на зеркало водной глади, лежащей там, где совсем недавно были участки возделываемых полей. Хотя в их замкнутом мире за многие поколения островитяне, так или иначе, успели породниться друг с другом. Тот кивнул, соглашаясь со старшим товарищем, подумав, что скоро им вообще негде будет жить. Ему было чуть за тридцать, и стал он самым молодым военным вождём архипелага, состоящего из сотни островов. А теперь они уходили под воду. Вначале не стало самых маленьких, безжизненных клочков песка, не годящихся для земледелия. Жрецы посчитали это жертвой Каргарону, главному Богу небесного пантеона, но теперь вода подступила ко всем остальным и как помазанники не старались умиротворить разгневанное божество, земл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Тогда отвязывайся!

– Что?! Но я не умею плавать! Моя жизнь прошла в храме среди священных свитков, и у меня не было времени обучиться этому! – испуганно воскликнул мальчишка, пытаясь карабкаться вверх, отталкиваясь ногами о камни колодца, но Карстон нетерпеливо повторил: – Развязывай узел, чёрт бы тебя побрал! Когда твоя голова покажется наверху, клянусь, я отрублю её! Тебе не придётся нырять, просто держись на плаву, опираясь о стены!

Прежде чем парень оказался в воде, Хариус беззвучно зашевелил губами, читая заклинание и все вокруг стихли, ожидая, что будет дальше.

– Ну что там? – нетерпеливо спросил Рейнгольд и Карстон перевёл слова до смерти перепуганного жреца:

– Вода уходит! Она уходит, клянусь Богами! – Вода действительно уходила, но не вниз, а стелилась вдоль почерневших от времени стен, неразличимых во мраке, ведь факел парня давно потух, и он определял это, касаясь камней. Сила заклинаний удерживала её в этом положении, и с ужасом осознавая могущество древней магии, юный жрец всё глубже спускался вниз.

Наконец погружение окончилось. Ледяная вода стояла ещё на добрый ярд над дном, но мальчишка, нащупав ногой, вытащил три вертикально вошедших в песок обломка посоха, длинною в несколько футов.

– Я нашёл его! – стуча зубами от холода, закричал он; Хариус, потеряв сознание, рухнул на землю, и вода хлынула вниз со стен, поднимая барахтавшегося в ней парня. Едва живого его вытащили наверх, но, находясь уже в безопасности, он продолжал судорожно держаться побелевшими от напряжения пальцами за спасительный узел верёвки.

– И что делать дальше? – разглядывая посох, спросил Карстона Рейнгольд, не понимая, что может быть такого в исписанных рунами кусках обычной палки, на что тот, по привычке перекинув соломинку из одного уголка рта в другой ответил, глядя на всё ещё лежащего без сознания чародея: – Несите его во дворец.

– А потом?

– Не знаю. Надеюсь, к этому времени Хариус всё же придёт в себя.

Путь до дворца оказался неблизким. До смерти напуганный, едва не умерший от переохлаждения и ужаса юный жрец сбился с дороги, поэтому пришлось возвращаться, чтобы снова выйти на нужный путь. Сделав привал, Карстон влил несколько капель целебного зелья в рот пришедшего в себя провидца и тот слабо спросил, словно видя его слепыми глазами:

– Нашёл мой посох?

– Да, владыка, – проводник достал из заплечного мешка остатки разбитого жезла, и Хариус нежно погладив их прошептал: – Только бы у меня хватило теперь силы.

Постелив на землю плащ, на котором его несли, он начертил вокруг него круг с нанесёнными внутри рунами и принялся читать заклинание.