ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Матильда Георгий Юров Железные острова уходили под воду. Незаметно глазу, однако с каждым годом всё выше поднималась полоса прибоя, угрожая рано или поздно смыть с лица земли весь архипелаг. На самом-то деле острова эти состояли из земли, песка и камня, но железа в их недрах было так много, что вода в озёрах имела красноватый цвет, как и песок в окрестных дюнах. Ветер разносил его по округе, оседая на листьях и стволах деревьев, окрашивая в непривычный окрас. Островные жители, отдавая дань, суровой родине отправляясь в военные походы, красили хной бороды в ярко рыжий цвет для устрашения врагов. Красили их также по праздникам и даже по настроению в обычные дни. Каменистая земля и прохладный влажный климат не годились для хороших урожаев, идущая в еду пища была скудной и в основном привозной, которую выменивали на железо, лес, пеньку, овечью шерсть, шкуры животных и, конечно же, рыбу, что являлась основным промыслом местных жителей. – Если так пойдёт дальше, то скоро негде будет выпасать скот, – проворчал Грант, дальний родственник Рейнгольда, островного военного вождя, глядя на зеркало водной глади, лежащей там, где совсем недавно были участки возделываемых полей. Хотя в их замкнутом мире за многие поколения островитяне, так или иначе, успели породниться друг с другом. Тот кивнул, соглашаясь со старшим товарищем, подумав, что скоро им вообще негде будет жить. Ему было чуть за тридцать, и стал он самым молодым военным вождём архипелага, состоящего из сотни островов. А теперь они уходили под воду. Вначале не стало самых маленьких, безжизненных клочков песка, не годящихся для земледелия. Жрецы посчитали это жертвой Каргарону, главному Богу небесного пантеона, но теперь вода подступила ко всем остальным и как помазанники не старались умиротворить разгневанное божество, земл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Прочтя одно, абсолютно голый старик начал следующее, идя по кругу, посыпая на него песок, и там где песчинки касались земли, рождалось пламя, и вскоре чародей оказался внутри огненного кольца, продолжая произносить заклинание. Голос его гремел в тишине подземелья, срывая с насиженных мест летучих мышей, испуганным эхом отражаясь от стен; вначале еле тлевшее пламя, теперь бушевало на высоте человеческого роста, и пот тёк по телу Хариуса хищно склонившегося над своим жезлом.

Вдруг посох ожил, сливаясь в единое целое, меняя цвет и форму, извиваясь змеёй, и нанесённые на него руны горели огнём, двигаясь по кругу в обратную сторону. Так продолжалось какое-то время, а потом всё кончилось; потухло пламя, магический жезл вновь стал обычным деревянным посохом и начерченные на нём письмена больше не сверкали, а казалось, пропали совсем. И чародей, несмотря на то, что пот всё ещё тёк по его телу, а грудь тяжело вздымалась, как после долгого бега не терял сознание, да и больше не выглядел умирающим. Подняв посох, он уверенно продолжил путь в известном ему направлении, островитяне же изумлённо следовали за ним. Хариус шёл по-прежнему голый, не замечая своей наготы и Грант проворчал, теперь едва поспевая за чародеем:

– Когда ты слеп, выбор одежды, или даже её отсутствие перестаёт играть для тебя важную роль.

Пророк, увлекая за собой наёмников, уверенно ступал в кромешном мраке и когда, наконец, остановился, ожидая, что следовавший за ним растянувшийся отряд соберётся вместе, спросил молодого жреца, поспособствовавшего его освобождению, пусть и спасавшего этим свою жизнь: – Как зовут тебя, мальчик?

Читать дальше

– У меня ещё нет имени, – удивлённо ответил тот, польщённый вниманием. – Я прислуживаю в храме, и когда жрецы посветят меня в сан, они дадут мне моё имя. Пока же я только слуга.

– Ну что же, каждый выбирает свой путь, надеюсь, ты не ошибся в выборе. И всё же, не хочешь ли ты пока прислуживать мне и возможно научиться чему-то, что пригодится тебе в будущем?

– С радостью, владыка. Я могу нести твой жезл, ведь ты дожил уже до преклонных лет.

– Ну что же, бери, – и Хариус поставил перед ним посох, но парень не смог не то что поднять его, а ему даже с трудом удавалось удерживать суковатую деревянную палку в равновесии, словно была это огромная мраморная колона. Скорее ощутив, чем увидев его затруднение, мудрец произнёс, забирая свой жезл: – Запомни, мальчик: прежде чем взвалить на себя ношу, подумай, по силам ли она тебе.

– Ну как же так? – поражённо воскликнул молодой человек глядя на идущего прочь владыку. – Я не смог даже оторвать посох от земли, а ты с лёгкостью обращаешься с ним? Неужели ты так силён?

– Дело не в том, что кто-то силён, а кто-то слаб. Просто, ты ещё не готов к этому.