ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Псих Игорь Сотников – Дайте мне условность, и я создам новый мир, – распылялся перед своим товарищем, ничем непримечательный среди таких же посетителей бара молодой человек, который, впрочем, своим буйным видом вносил некоторый диссонанс в ряды любителей горячительных напитков, которые к этому времени ещё не успели распрячь в себе зверя, и тем самым – выпустить его на свободу. Конечно, среди посетителей бара были и те, кто ещё со вчерашнего пребывали в должном настрое, но они всё-таки уже не могли найти в себе столько сил, чтобы самым видным образом показать себя, и поэтому находились «в осадке», молча восстанавливая свои силы в уголке бара. – Дайте только время, – как часто поговаривал бармен. – И уж тогда вам не нужен будет никакой зоопарк. Так что наш, такой волнительный молодой человек, был всего лишь одним из первых среди равных, которые только и ждали своего часа, чтобы предстать перед окружающими во всей своей красивой, либо же какой есть изнанке. Да именно так, ведь им – любителям истины – нечего стесняться, раз естество – есть непреложная истина, и от неё никуда не деться. – Бог, этот первый фантаст, создал свою условность – человека – и уже через него мог творить и создавать временность в своём мире, – подкрепляя свои слова крепкими напитками, продолжал доводить свою мысль до товарища этот волнительный молодой человек. – Но в том-то и дело, что любой созданный тобой мир, будет существовать только с твоей позиции человека и – никак иначе, – отвечал ему, как оказалось, очень рассудительный его товарищ. – В этом-то и загвоздка, – в сердцах бросил этот волнительный молодой человек, закинул в себя рюмку и, сказав своему товарищу: «Я сейчас», насколько бодро, настолько же и не стройно двинулся в темную сторону этого заведения, где по его предположению должна была н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– А ведь первое и её самое нестерпимо насущное желание – любым способом убраться с этого места обслуживающего персонала, которое она, всего вероятней, ненавидит больше всего на свете. Ну, а что – ты? Разве в твоих возможностях изменить такое положение вещей? И разве она (даже предположим, питающая к тебе нечто особенное) сможет смириться с таким положением вещей, и не станет ли она, вслед за своим местом, ненавидеть и тебя, привязавшего её крепко-накрепко к нему?

– Дайте только время, – нарушил устоявшийся ход слов незнакомца Илья.

– И что? – засмеялся незнакомец.

– Там и посмотрим, – буркнул Илья.

– На крах твоих иллюзий, – продолжает смеяться незнакомец, затем успокаивается и, собравшись, с серьезным видом говорит. – Ну ты же сам видел, какой эффект произвело моё появление в банке! И после этого ты хочешь сказать, что она готова подождать, пока её цветущая временность увянет и, тем самым – обесценится? Нет уж! И если кто-то и даст тебе время – только не она… К слову сказать: не имеющая на это права и находящаяся под полным внешним управлением природы, – с видимым довольством замолчал незнакомец.

Илье же в этом момент вдруг захотелось со всех сил так врезать этому правдолюбу, чтобы его довольная физиономия только уже после посещения костоправа сумела раскрыть челюсть. Но Илья, удовлетворившись представленной им картинкой переполненного ужаса лица этого незнакомца, пытающегося увернуться от его ударов между водительским креслом и окном, заявил.

– Я понимаю так: вы мне хотите дать некую возможность (называемую вами шансом), чтобы я смог изменить существующий порядок дел.

– В точку! – улыбнулся в ответ незнакомец.

– Ну и кого я должен убить? – следует ответ Ильи, после чего незнакомец и не удержавшийся водитель, закатываются от смеха.

– Ох, рассмешил! – спустя время отдышавшись, говорит незнакомец, затем поправляет свой костюм и говорит. – Ну до чего вы, человеки, так предсказуемы. Путь наверх вами видится только на плечах ближнего своего. Хотя, знаешь… В твоих словах есть определённая логика. Ведь для того чтобы кардинально изменить свою жизнь – необходимо умертвить в себе то, что тебя тянет назад, так как для новой жизни всегда приходиться убивать своё старое «Я». Ну, а насчёт того, что я имел в виду… Так в этом нет ничего подобного, связанного с таким физическим процессом, который лучше предоставить природному ходу вещей. Знаешь, не люблю я искусственность, я своего рода – натуралист, со своим природным отношением к миру.

Читать дальше

– Ну тогда, я и не знаю, чем таким я могу быть интересен вам, – последовал ответ Ильи.

– Да, собственно, ничем, кроме разве своего факта существования и присущей мне ностальгии.