Рядом с ним за соседними столами, погруженные в работу, сидели секретарь объединённой профорганизации в звании полковника и лектор-пропагандист.
— Товарищ Карелин, «Правда»? — спросил замполит. — Я полковник Виктор Мельников, заместитель по политической части. Добро пожаловать в Дамаск!
Кабинет замполита был обставлен строго и функционально, как и следовало ожидать от штаба советского военного советника в Сирии. У стены стоял массивный письменный стол из тёмного дерева, на котором аккуратно были разложены документы, папки и канцелярские принадлежности.
На стене за столом висела большая карта Сирии с отмеченными стратегическими объектами и маршрутом советской военной помощи.
Рядом с картой висели портреты Ленина и нынешнего генсека ЦК, подчёркивающие идеологическую направленность работы.
В углу кабинета стоял небольшой книжный шкаф с уставами, методическими пособиями и политической литературой.
Только комнатные растения на подоконнике придавали помещению немного уюта.
Мельников предложил мне сесть, и я сразу решил перейти к делу.
— Товарищ полковник, для лучшего освещения работы наших специалистов, мне бы хотелось посетить авиабазу Эт-Тиясс.
Замполит сглотнул, налил стакан воды и предложил мне.
— Пока это невозможно, — полковник покачал головой. — Твоя задача — освещать достижения сирийской стороны и работу наших гражданских специалистов.
— А чем вам не специалисты наши лётчики, танкисты, ПВОшники? Они вносят не меньший вклад в защиту и развитие Сирии.
— Пока что нет. Могу вам предложить осветить жизнь наших специалистов в их доме…
Не самое интересное, что хотелось бы рассказать.
Чем дольше мы разговаривали, тем больше я понимал — здесь разрешения тоже не получу. Мы ещё поговорили с замполитом несколько минут, а потом зазвонил телефон. Полковник Мельников в одну секунду изменился в лице и вытянулся по струнке.
— Так точно. Есть. Исполняю, — проговорил он, чуть ли не отдав честь трубке. На секунду он прижал ладонью динамик и, повернувшись ко
мне, шепнул. — Загляни попозже, товарищ Карелин. Тут срочно. Не до Вас.
Я понимающе кивнул.
Да и оставаться смысла не было. Я поднялся, коротко попрощался и вышел из кабинета. В коридоре меня ждал Сева, сидевший на стуле и перелистывавший номер сирийской газеты «Аль-Тавра».
— Ну что, не пустили? — спросил Сева, поднимаясь на ноги.
— Пока нет, — сказал я. — Поехали отсюда.
Пока мы с Севой спускались по бетонной лестнице, я прикидывал, куда двигаться дальше. Эт-Тиясс пока закрыт, сидеть в Дамаске и писать о достижениях сирийского сельского хозяйства мне не хотелось. Я всё же военный корреспондент.
— Значит так, — сказал я, когда мы сели в автомобиль. — Едем в штаб-квартиру миссии ООН. Сделаю материал о контингенте на Голанских высотах.






