ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Михаил Шерр, Аристарх Риддер Накануне, получив известие о приезде комиссии и нисколько не сомневаясь в положительном вердикте, Владимир Фёдорович предложил сразу же после окончания её работы, в присутствии всех членов, без единой минуты промедления начать монтаж первого серийного дома. Задумка была красивая и убедительная: первая пятиэтажка ещё не принята комиссией, а мы уже готовы приступать к монтажу следующей. Пусть видят, что это не штучный эксперимент, а настоящее серийное производство жилья, поставленное на поток.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он научился понимать настроение Хозяина по малейшим признакам: по тому, как тот держит трубку, как сидит в кресле, каким тоном произносит слова. И знал, когда можно спрашивать, уточнять, предлагать, а когда лучше просто ждать и выполнять.

Сталин неторопливо закрыл папку с личным делом Хабарова. Положил на неё ладонь, словно запечатывая, или, может быть, впитывая что-то из этих страниц, хранивших историю чужой жизни.

Затем, не поднимая глаз на Поскребышева, негромко произнёс:

— Селивановского. Сейчас.

Голос был ровным, спокойным, но Поскребышев уловил в нём особую интонацию. Она звучала когда Хозяин был раздражен и действовать надо очень быстро.

Поскребышев коротко кивнул и бесшумно вышел.

Сталин откинулся на спинку кресла и снова раскурил погасшую трубку.

Николай Николаевич Селивановский в тяжелейшее время лета сорок второго через голову своих начальников Берии и Абакумова напрямую обратился к Сталину, когда была допущена ошибка с назначением генерала Гордова на должность командующего фронтом. Все, что он тогда написал, подтвердилось, и Гордова сместили.

Сталин запомнил его принципиальность, честность и готовность идти до конца отстаивая свою позицию. Сейчас генерал-лейтенант Николай Николаевич Селивановский, заместитель начальника Управления контрразведки (СМЕРШ) Наркомата обороны. Его основная забота отдел по заброске агентуры и диверсионных групп в немецкий тыл.

Но сейчас Сталину нужна именно принципиальность и честность Селивановского. И его оперативность в работе. Ему будет поручено выяснить соответствуют ли действительности факты приведенные Чуяновым.

А Берии Сталин решил приказать оказать содействие Хабарову в поисках мадьчика и переселении семьи Гануса в Сталинград.

Глава 8

Тридцатое октября тысяча девятьсот сорок третьего года. Пятнадцать минут первого по московскому времени. Москва. Кремль. Кабинет Председателя Государственного комитета обороны, Верховного главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР, Маршала Советского Союза Сталина Иосифа Виссарионовича.

За высокими окнами кабинета стояла глухая осенняя ночь. Тяжёлые шторы были плотно задёрнуты. В кабинете пахло табачным дымом от трубки Верховного и типографской краской свежих сводок.

Заканчивался доклад генерала Антонова, первого заместителя начальника Генерального штаба. Алексей Иннокентьевич стоял у большой карты, развешанной на стене, и указкой показывал расположение войск. Его непосредственному начальнику, маршалу Василевскому, нездоровилось. Александр Михайлович сорвал голос во время долгих и напряжённых переговоров с командующими фронтами южнее Киева. Эти разговоры по ВЧ-связи длились порой по несколько часов, и маршал охрип настолько, что едва мог говорить.