– Пусть сами стреляют из второй пушки дальше. Нет необходимости смотреть. Думаю, причина в каверне – некачественно отлили. Но затея перспективная, нужно продолжать её методом проб и ошибок. Даже если из двух орудий одно разорвётся – ничего страшного не случилось. У нас всё должно быть поставлено на качество вооружения, а эти пушки позволят на поле боя совершить многое. За ними будущее!
Глава 15
– Первый снег, снова зима! Уже вторая…
Юрий смотрел в окно – в княжеском кабинете вставили деревянные рамы с дюжиной ячеек в каждой. О свинцовых переплётах, популярных в Москве, и речи быть не могло – этот металл был дефицитным и отправлялся сразу в Приказ ратных дел.
Стёкла были уже почти прозрачными, но толстыми – ничего тут не поделаешь, таковы издержки местной технологии. Главное, что мануфактура заработала, пусть и не на полную мощность, но госзаказ на полтыщи окон был выполнен до зимы. Да ещё бог весть сколько удалось продать – точной цифры он, понятное дело, не знал.
Однако был уверен, что подьячий Казённого приказа, подними его даже среди ночи, мог дать точный подсчёт уплаченной подати. Частный бизнес – дело такое: не уследишь – вмиг уйдут от уплаты налогов. Но контролировать было легко: подсчитывалось количество вставленных окон. В Галиче царил настоящий бум.
Княжество, которого вообще быть не должно, каждодневно наполнялось людьми – из польской гетманщины народ повалил толпами. Истерзанные войной окраины, подвергавшиеся постоянным набегам ногайцев и крымских татар, порядком обезлюдели. Вынужденные переселенцы уходили тысячами на Киев, за Днепр, на левый берег, «русскую сторону», многие устремились к запорожцам. И оттуда несчастные люди, как и пришедшие из Слобожанщины, попадали в Галич, прямиком в Поместный приказ – вольно уже никто не мог поселиться по своему желанию.
Требовалась строгая централизация управления, поэтому пришлось создавать Приказы, подобные московским, и сразу же бороться с волокитой и взяточничеством, хотя приказных подбирали по моральным качествам. Но, видимо, даже крупица власти и запах шальных денег могут закружить головы даже стойким к посулам людям.
Но явление не стало повсеместным, наоборот, после предпринятых радикальных мер воздействия учреждения заработали нормально. Нестойких духом приказных, а также тех, кто их пытался «купить», отправили на годичное «перевоспитание» в только что открытых шахтах и рудниках.
Труд ведь даже из обезьяны человека сделал – потому нужно добывать каменный уголь и железную руду, в них была жесточайшая потребность. Так что каторга – отличное средство убеждения для склонных к преступным деяниям элементов.
За осень прибыло свыше тысячи православных душ – целыми семьями переходили через Северский Донец.






