ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто же знал, что торговля оружием настолько чревата неожиданными проблемами. Нет, что сообщники по «бизнесу» могут убить, то понятно – профессиональный риск со всеми издержками. Но вот то, что древний артефакт может перебросить на три с половиной века в прошлое – о том Юрий Галицкий не предполагал никак. Как и того, что его фамилия окажется наполнена совсем иным смыслом, чем он думал раньше. Да и жизнь рядом с предками на краю «Дикого поля» оказалась хотя и интересной, но страшной…

Изгой Иллюстрация на обложке Владимира Гуркова. Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону. 16 сентября 2021 года, Донецкая область «Сдал меня Андрий, с потрохами! » – парень в джинсах и камуфляжной курточке, на которой блестели орденский крест и кругляш бронзовой медали, схватил большой камень и отбросил его в сторону от замаскированного лаза. Заботиться о скрытности прохода теперь не имело смысла: с часу на час сюда должны были нагрянуть «бойцы», а приведёт их старый друг, невольно его сдавший.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Григорий Григорьевич тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза, вспоминая случившиеся за последние три года события. А их прошло немало, и страшных, порой даже не знал, что и делать.

Всё началось в марте 1674 года, когда собравшаяся в Переяславле на Раду войсковая старшина 11 из 12 реестровых казацких полков Правобережной Украины, формально находящихся под властью Речи Посполитой, признала над собою власть Ивана Самойловича, который был объявлен гетманом на обе стороны Днепра.

Польский ставленник гетман Пётр Дорошенко засел в своей столице Чигирине, ибо полковая старшина чигиринская, единственная среди всего реестра, поддержала его притязания.

И этот иуда сразу попросил помощи. Причём не у поляков, что потерпели от османов поражение в короткой войне и которым он вроде подчинялся, а у крымского хана.

В июле Ромодановский повёл полки на Чигирин, где засел Дорошенко. Взять крепость с ходу не удалось, а в августе пришлось отступить от стен под угрозой битвы с подступившим турецко-татарским войском. Османы восстановили власть гетмана и прошлись разорительным походом по всему Правобережью Днепра.

Но стоило магометанам отойти, как Дорошенко тут же вступил в переговоры с польским королём Яном Собеским, который стал обольщать гетмана разными привлекательными условиями для казачества, обещая привилегии, освобождение от податей и власти панства. И о тех заигрываниях стало известно: как Москве, так и туркам.

Османы взъярились – их армия снова совершила вторжение большими силами, разорила два десятка городов и многие сотни сёл. Остановить её поляки смогли с трудом только под Львовом.

Всё Правобережье разорено войной безжалостно – люди десятками тысяч стали покидать сожжённый край, стараясь найти убежище на левой стороне Днепра. Недовольство Дорошенко настолько возросло, что гетман почувствовал приближение конца. И начал искать способы умилостивить Москву, всячески заискивая.

В октябре на Раде в Чигирине он присягнул царю Алексею Михайловичу в присутствии свидетеля, кошевого атамана войска Запорожского Низового Ивана Сирко. Вернул русским всех пленных без обмана, что захватили его казаки во время набегов на Левобережье.

А в январе этого 1676 года отправил в Москву все гетманские клейноды, кроме булавы – главного символа своей власти, которую оставил при

себе. Однако в марте категорически отказался сдать крепость присланному князем Ромодановским полковнику Борковскому. И начал юлить и всячески оттягивать передачу власти.

В Москве ждали, что будут делать турки, и когда армия визиря вторглась в Подолию в августе, а потом сразу пошла походом на Львов, князь Григорий Григорьевич получил повеление от царя Фёдора Алексеевича снова начать Чигиринский поход.