Я бегло прикинул на глаз — до хрена, этим можно было вооружить как минимум целую стрелковую роту, да еще и на «рассаду» останется. Рядом стояли ящики с гранатами: чугунные «лимонки» Ф-1 и РГД-33 на деревянных ручках. Было и еще что-то, но этого я уже не разглядел. Еще я увидел пару устаревших «Максимов» на тяжелой станине, и целых три ДП-27.
— Неплохо у вас тут, — не удержался я, удивленно качнув головой.
Корявый, который отчего-то пошёл следом за нами, криво ухмыльнулся:
— А мы старались, Пушкарь. Всё ждали этого момента, когда можно будет краснопурым пёрышки-то пообщипать.
Я прошел дальше, свернув за угол. И вот тут у меня и правда перехватило дыхание. Потому что там была взрывчатка. Много взрывчатки. Очень много. Толовые шашки, завёрнутые в вощёную бумагу, лежали аккуратными стопками и штабелями.
Тут же в ящике лежали и детонаторы. Рядом — катушки бикфордова шнура, мотки медной проволоки, коробки с электровоспламенителями. Я такие только в музеях видел, в своём времени. Немного в стороне от всего этого «богатства», лежали противотанковые мины. Советские, ТМ-35 — тяжёлые, квадратные.
— Ого, — наконец-то выдохнул я. — Это вы как успели столько запасти?
Айболит довольно хмыкнул:
— Не зря нас Абвер два года кормил.
— Но откуда столько?
— Часть — с армейских складов стащили, ещё до войны, — пояснил Корявый. — Нечистых на руку кладовщиков и интендантов на крючок цепляли — мама не горюй. Помнишь, Доктор, того любителя в картишки перекинуться? Так вот он нам большую часть взрывчатки в счет долга и отдал.
— Ну, а мы его потом напоили, а он, бедолага, в глубокой сточной канаве и утоп, — состряпав жалостливую физиономию, добавил Доктор.
— Ага, прямо как по заказу.
И уголовники вместе весело заржали.
В соседнем помещении, я увидел ещё один склад, подобный складу на чердаке базы, где мы обитали, с формой РККА и НКВД, только куда насыщеннее. Здесь была не только летняя форма, но и зимняя тоже. Больше я ничего путного не заметил и вернулся назад.
— Пойдем, Пушкарь, — хлопнул меня по плечу Доктор, — покажу тебе наш штаб, и познакомлю с теми, кто здесь еще обитает. Он потащил меня в другой угол цеха, к маленькой дверке, которую я сразу и не приметил. За ней действительно располагался самый настоящий штаб диверсантов.
Помещение было небольшим, метров пять на пять. В отличие от воняющего портянками и загаженного
общего «лежбища» с остатками еды и мусором, здесь наблюдалась хотя бы видимость порядка. Вдоль стен тянулись самодельные стеллажи, уставленные папками с завязками, толстыми тетрадями в клеёнчатых обложках, стопками чистой бумаги.
В углу, на небольшой подставке, стояла даже пишущая машинка. Рядом — жестянка из-под монпансье с канцелярскими принадлежностями: карандаши, линейки, циркуль и стирательные резинки.






