ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он привык быть сильным и свободным. Он привык быть первым. А тут такой облом… Тощее, немощное тельце, рабский ошейник и, похоже, садист хозяин. И главное совершенно не понятно, где он и что вокруг творится. М-да ситуация…

Последнее, что почувствовал Александр Борисович 52 лет от роду — это сокрушительный удар в висок и сладкая боль сотрясения мозга. Последней мыслью, которая мелькнула до потери сознания, было: допрыгался наконец, экстремал хренов. А потом была темнота и какой-то цветной водоворот всполохов, как будто оказался посреди взрывающегося фейерверка. Казалось, его кто-то очень качественно отпинал и бросил подыхать. Алекс привстал на руках, пытаясь отдышаться и унять кашель, который разрывал грудную клетку. Неожиданным потрясением стало то, что вместо снега в рот попали мелкий песок и пыль.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Поэтому Лекс принюхивался к каждой комнате и шел дальше. Где-то неподалеку слышались размеренные шлепки и глухие стоны, похоже, рабы находили себе развлечение на ночь.

— Лекс! — Сканд ворвался с факелом злой, как голодный ящер, — чего ты пошел в темень, надо было послать кого-то из воинов, и его привели бы… Не дело младшему ходить здесь в потемках!

С факелом в руках Сканда поиски пошли лучше. Сонные люди жмурились от огня и прикрывали лица руками. На удивление, здесь спали и личные слуги Оливы, которые отличались от рабов только тем, что им платили гроши и на шеях не было ошейника. Но от того, что открылось в следующей комнате, волосы на голове Лекса от ужаса встали дыбом. Связанного Броззи насиловали сразу двое задохликов.

— Что происходит! — рыкнул Лекс, — почему Броззи связан?

— Он раб, а раб не имеет права отказывать вольным людям! — горделиво выпятил впалую грудь заморыш, который держал Броззи за голову, — приходится учить его надлежащим манерам!

— Мы в своем праве! — второй насильник, похоже, испугался и попытался забиться в угол, — он же раб!

— Ох, Броззи, прости меня, Тиро не так понял мои слова… — застонал Лекс и хотел подойти к другу, но Сканд отжал его плечом в коридор и зашел в маленькую комнатку один. В комнате сразу закончилось свободное место, но Сканд достал из голенища сапога нож и перерезал удерживающие Броззи веревки, после чего опять вышел в коридор, оставляя внутри факел, чтобы все было видно.

— Броззи, ты не раб, — Лекс кусал губы и сжимал кулаки, — я просто хотел, чтобы ты выглядел, как раб, чтобы спрятать тебя от колдунов! Но ты свободный человек, как и прежде, и я не знаю, как искупить свою вину за все это…

— Все нормально… — Броззи размял крепкие плечи и вытер рот, — будем считать это частью моего искупления за прошлую ошибку, вы ведь действительно меня за нее не наказали, как должны были… Вы не виноваты, мастер… но сейчас оставьте меня на пару минут с этими… этими… теперь я в праве отомстить этим…

Сканд хмыкнул и потянул впечатлительного Лекса обратно. Последнее, что увидел Лекс в отблеске факела, это как Броззи размахнулся и впечатал пудовый кулак в живот того, что пытался проползти по стеночке к выходу. За спиной послышались звуки драки и жалобное поскуливание.

— А если Броззи их убьет? — переполошился рыжик.

— Заплатит виру Оливе… — пожал плечами Сканд, — они, хоть и вольные, но закон на стороне твоего ученика. Раб он или нет, они должны были вначале уточнить, является ли он до сих пор твоим учеником. Броззи вправе отомстить за поруганную честь, поскольку его взяли связанного и против воли, так что вира если и будет, то небольшая… Будь они рабами, ему пришлось бы возместить Оливе полную стоимость и виру за потерю, но они просто слуги, а значит, стоят еще меньше.