— Понял, — сказал я.
— Срок — сегодня до вечера. Вечером Шершеневич выезжает в Кисловодск. Всё ясно?
Я кивнул.
— Выполняйте.
Я вышел из дома на улицу и вокруг меня бешеной бабочкой запорхал возмущённый Енох:
— А я тебе говорил! Я говорил! — верещал он, мигая, словно проблесковый маячок на ментовской машине в обеденный перерыв. — Ты не получил ещё от них ничего. А они уже тебе такие задания дают!
Я пожал плечами и повернул в сторону проспекта Интернационала, по направлению к гостинице «Туркестан».
— А ты что, туда идешь⁈ — возмутился Енох.
— Туда, — согласился я.
— Без подготовки? Прямо сейчас⁈
— Ну, во-первых, я хочу просто посмотреть на эту гостиницу. Каюсь, ни разу её не видел. Кроме того, у меня есть ты и, если надо, ты отведёшь всем глаза.
— Да будет тебе известно, — рассерженной кошкой зашипел Енох, — что отвести глаза я могу определённому количеству людей! Небольшому! И на небольшом расстоянии!
— Сколько?
— Что сколько?
— Сколько людей ты можешь заслепить?
— Не заслепить, а отвести глаза! Не путай! Это разное! — фыркнул Енох.
— А ослепить можешь? — заинтересовался я.
— Зачем? — не понял Енох.
— Хочу твои возможности понимать, — сказал я и пошел дальше.
— Не знаю, — задумался призрак.
— Что не знаешь?
— Скольким людям я могу отвести глаза, — сердито выпалил Енох, — не знаю!
— Ну, значит, будем сейчас проверять на практике, — ответил я и зашагал к гостинице.
Енох, ругаясь и возмущаясь, полетел сзади.
Гостиница «Туркестан» представляла собой псевдоарабское здание с макарнасами, невнятно стилизованное под дворец в стиле «Тысяча и одной ночи». Странно, что я даже не знал, что в городе N есть такое. Хотя я много чего ещё здесь не знаю.
Здание состояло из двух помещений, в одном находилась непосредственно сама гостиница «Туркестан», а в другом был ресторан «Ампир», из которого раздавалась отнюдь не восточная музыка, а какой-то свирепый чарльстон, что ли.
У входа в гостиницу стоял мордатый швейцар в декоративной ливрее и открывал-закрывал дверь.
— Отводи! — велел я призраку и смело вошел внутрь.
У конторки в фойе сидела полноватая девушка в синем турецком костюме, которая, стараясь придать своему славянско-курносому лицу сходство с дочерями Востока, так насурьмила брови и подвела глаза, что напоминала мне мадам Жуар во время спиритического сеанса.
— Отводи! — опять скомандовал я, и мы поднялись на второй этаж.
Длинный коридор второго этажа плутал и петлял так, что мы пару раз даже заблудились и пришлось возвращаться обратно по тому же пути. При этом мы дважды чуть не столкнулись с людьми, и лишь в последний момент Енох успевал отвести им взгляд.
— Смотри! Вот он! Номер двести шестьдесят восемь! — возбуждённо воскликнул скелетон, указывая костяшкой на нужную дверь.






