ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.
Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё, на самом деле перед смертью перед глазами проносятся плиты перекрытия, куски бетона, кирпичи. Много чего проносится, в общем, но явно не жизнь. По крайней мере так получилось в моем случае. Возможно, это даже как-то связано с моей профессией инженера-подрывника, специалиста по контролируемому сносу зданий и сооружений. Да, кто-то может сказать, что ломать — не строить, но я бы с этим поспорил. Во-первых, я строил, и вполне успешно. Мой дом стоит так, что я совсем не завидую тем, кто будет его когда-то через пару сотен лет сносить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Руки горели, ноги гудели, спина напоминала о себе при каждом шаге, и в голове крутилась только одна мысль: двенадцать башен, три бригады, по четыре на каждую, месяц сроку, и мы с Хоргом вдвоём против полных троек у Бьёрна и Ренхольда. Причём Бьёрн сыт, отдохнувший, с отличной репутацией и подмастерьем, который шире меня в плечах раза в полтора. Ренхольд городской, с двумя помощниками и инструментом, которого у нас нет и не предвидится. А у нас каменщик, который при виде конкурента превращается в каменный столб, подмастерье, не спавший ночь и с трещинами на руках, и телега, которая скрипит так, что дозорные на вышках наверняка уже проснулись.

Впрочем, хотя бы в этом есть польза. Может, спящие дозорные наконец проснутся, услышав нашу телегу, и тогда мой вопрос решится сам собой.

Об остальном подумаю потом. Сейчас главное дотащить телегу до восточного участка и не упасть по дороге.

Тащить тяжело, Хорг помогать не будет, но внутри меня всё равно ликует всё естество. Работа! Настоящая, важная, большое строительство, но и это не главное.

Староста оказался на удивление продуманной сволочью, и вынужден признать, при наличии шляпы я бы ее даже снял перед ним. Ну а что, разве не гениально? Стравить деревенских строителей, между которыми и так были некоторые дрязги, привести из города какого-то ушлепка, который будет смотреть на местных как на дерьмо. Просто подлить масла в тлеющий огонь и спокойно сидеть в стороне, греться и наблюдать за тем, как люди наперегонки строят башни.

Удивительно в этой ситуации лишь то, что он за это еще и платит. Кажется, что даже забесплатно местные строители согласились бы на такое соревнование. Которое, к слову, никто соревнованием и не называл. Но надо быть полным дебилом чтобы не понять, чем на самом деле является эта стройка для самих строителей.

И что самое забавное, все уверены в своей победе, даже, возможно, Хорг. Вон как расправил плечи и торопится поскорее добраться до первой башни.

До восточной части частокола добрались довольно быстро, все-таки шли под гору и телега местами даже подгоняла меня в спину. Ну и сразу приступили к осмотру фронта работ.

Четыре вышки, растянутые вдоль частокола с промежутками метров в сто, и каждая из них заслуживает отдельного рассказа. Разумеется, рассказ будет как минимум страшилкой.

Ближайшая стояла чуть накренившись, будто задумалась, не упасть ли ей сегодня или подождать до завтра. Навес просел, столбы потемнели снизу знакомым землистым цветом, а лестница, если это можно было назвать лестницей, представляла собой несколько жердей, прибитых к столбу гвоздями, половина из которых проржавела и вылезла наружу.

— Разбирай начинай, — буркнул Хорг, даже не остановившись. — Я за материалами. Вернусь, чтоб хоть крышу раскидывать начал.