— А что такого? — пожал я плечами, стряхивая с пальцев остатки глины. — Ну может и созидатель. Что, никогда созидателей не видел, что ли?
Эдвин смотрел на меня долго, не моргая, и что-то в его взгляде постепенно менялось, становилось глубже и серьёзнее. Потом он окинул взглядом черепицы под навесом, мои перемазанные глиной руки, и снова уставился мне в лицо.
— Ну видел, вообще… — произнёс старик наконец, и голос его прозвучал глухо и задумчиво. — Но в последний раз это было лет девяносто назад.






