ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.
Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...

Горшок-обогреватель исчез, и вместе с ним из дома ушло всё тепло. Рект лежал лицом в стену и храпел с таким напором, что в щелях между досками подрагивала паутина. Уля на его месте не было, только примятая солома и аккуратно свёрнутая рубаха. Первым делом нащупал рядом с лежанкой глиняный комок. На месте, такой же тёплый и гладкий, как вечером. Поднёс ближе к лицу и прислушался к ощущениям. Основа внутри еле слышно гудела, и гул этот напоминал не столько звук, сколько легкую вибрацию, словно внутри комка что-то дышит в такт собственному ритму.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но пока подкрепление в пути, эту сотню с лишним ртов надо где-то разместить, чем-то накормить и как-то организовать. А деревня и без того не жирует, и лишние рты здесь никого не обрадуют.

Когда подмога подойдёт, появится выбор: уходить всем вместе или оставаться. Но решать будут сами жители, заставлять никого никто не станет. Кральд порученец, а не тиран, хотя некоторые считают, что разница невелика.

Пришпорил коня и поскакал вперёд, обгоняя растянувшуюся вереницу понурых людей, которые брели по единственной деревенской

улице и оглядывались по сторонам мутными усталыми глазами, пытаясь понять, куда их занесло и чем это место лучше того, откуда они бежали.

А место и правда отличалось. Кральд это уже понял, когда ладонь легла на тёплый камень, и руны на кирпичах отозвались тихой ровной пульсацией, которую невозможно ни подделать, ни спутать ни с чем другим.