Если этот их «поток» хоть немного похож на интернет, то эта штука — просто джек-пот! Я, конечно, могу сильно пролететь с этим «ловцом». Но мне вообще нечего терять, кроме дырявых штанов. В случае чего продам. Здесь же Ярмарка!
— Беру ловца, — я проглотил очередное «отец». Не буду кусать руку дающую. — Он как-то по-особенному настраивается?
— Настройка сделай. Входить в комплекцию награда.
Старый карлик достал из-под прилавка такой же ловец, как лежал на витрине. Только красивше и другой. Такой дорого-богатый. Зеркало помещалось в металлическом корпусе, кнопки — драгоценные камни. У девайса был удобный кожаный чехол с откидывающейся крышкой. Прямо айпэд в магазине дешманских ведроидов. Старик начал быстро нажимать кнопки. Вот мой ловец засветился, и по поверхности зеркала как будто пробежала волна.
— Как звать. Надо указать имя владелец.
— Илья, — чётко проговорил я. И зачем-то добавил: — Муромец.
Треньк!
— Давать рука, — дедок требовательно протянул ко мне свою ладонь.
Я вложил в неё запястье.
— Ай, тля! Ты что творишь, отец!
Дед очень ловко достал из-под прилавка иглу и уколол меня в мякоть ладони. Капля крови повисла на кончике иглы, и он опустил её в незаметное углубление в деревянной раме ловца.
Треньк!
— Нигт отец! Ловец готов, — коротышка вручил мне мой приз. — Читать или говорить?
Я уставился в зеркало, как баран на новые ворота. Буковки. Ага. Наверное. Кажется, читать я не умею. Я вообще всё это время общался с остальными отнюдь не на русском языке. Скорее всего, местное наречие пока ходил «дурачком» выучил.
— Может, я деньгами всё же возьму, от… уважаемый цверг.
— Мастер Дитрих Трахенхубь! — важно поднял палец старикашка. Мне стоило огромного труда не заржать. — Нигт! Приз выбран. Приз получен. Ловец настроен на кровь. Другой приз нигт!
— Тогда говорить, мастер Трахенхуб, — обречённо выдавил я.
Уже начинаю жалеть о своём выборе. Кажется, продать ловца не получится. Я, конечно, ни хрена не понимаю, что происходит, но настройка на крови владельца должна быть более серьёзной штукой, чем отпечатки пальцев.
Треньк! По зеркалу снова пробежала волна, а затем из глубины проступило изображение… ну, наверное, это было лицо. Или, скорее, маска.
— Свет мой, зеркальце, скажи… — на автомате выпалил я.
— Что вам угодно знать, Илья Муромец? — ответило мне зеркало.
Сказочное здесь место. А сказки, как известно, крайне жестоки.
* * *
В общий зал я вывалился обалдевший и злой, как черт. Видок у меня был, конечно, тот ещё. Драные штаны, голый торс, слипшиеся колтуном волосы и неопрятная борода. Весь в потёках от травы и следах засохшей крови. Зато с волшебным зеркальцем, тля!
— Да уж… — оборотень или кто они здесь, которого я определил как главного, осмотрел меня с ног до головы.






