Логика у него имелась железная, армия по итогу обязана доблестно победить, а доблестно побеждают только страшное и опасное, над ходячей же гнилью какая победа?
Имена пошли косяком, одно другого грознее, и Трухлявый Уничтожитель среди них числился чуть ли не самым безобидным. Древесного Убийцу забраковали за вранье, никого ведь не убил. Ужас Проклятого Леса отпал по соображениям тонким, мало ли как прочитают в столице, еще решат, что командующий ужасов боится. В конце концов сошлись на Исполине из глубин леса, далее именуемом в бумагах коротко, «Исполин». Звучит солидно, и ни словом не соврали, из леса пришел, размерами вышел. Командующий довольно кивнул и даже расправил плечи, роды удались.
— Исполин атаковал, воспользовавшись эффектом неожиданности, — продолжил он, останавливаясь после каждого слова. У карты командующий задержался, поправил съехавший камешек на углу и двинулся дальше. — Во избежание потерь среди личного состава мною было принято решение…
Тут он застрял, прошелся туда и обратно, переложил на столе что-то, в чем никакой нужды не было.
— … пожертвовать… Нет. Пожертвовать зачеркивай. Мною было принято решение…
— Перегруппироваться? — предложил Корш. — Совершить маневр?
Не выдержал он зря, конечно, маневр этот Корш наблюдал лично и целиком. Глаз запросился дергаться, и держать его приходилось усилием воли, но таков путь, такова служба, из роли выбиваться нельзя.
— Да какой там перегруппироваться… — вздохнул командующий, и прозвучало это на удивление искренне. — Зачеркивай.
В общем, отчет создавался со скрипом, формулировки в здешней ситуации давались тяжко, и Корш быстро понял, что работа ему выпала не на один вечер. Возражений по этому поводу у него не нашлось.
До причин нападения добрались уже в темноте, свеча на столе успела сгореть на треть. Командующий к этому месту вышагивал быстрее прежнего, и понять его можно, все-таки свали всё на посты, выйдет, что армия
проспала, а армия чья? Его. Обвинять собственных солдат означало обвинять себя, такой фокус в отчетах не проходит.
— А ведь это же Рей! — командующий вдруг встал посреди шатра. — Исполин же за ним пришел! Это все видели!
— Видел, господин, — не стал отпираться Корш. — Я на стене стоял, смотрел.
— Вот! — командующий вскинул палец. — Так это выходит… скоординированная атака! Диверсия!
Выговорил он это почти смеясь, и Корш от неожиданности заморгал, радости за этим человеком до сих пор не водилось никакой. Оно и понятно, с такими делами не до веселья, тут человека даже по-своему жаль.
— Тогда записывай! — командующий взмахнул рукой, едва не смахнув свечу.






