Тропы Ила редко приводят его сюда.
— Он может появиться здесь в любой момент. Рядом с нами.
— Не может. Знаешь же, что сюда приходят только по моему приглашению и разрешению. Даже если я услышу зов свистка, то пока вы здесь, не пущу его, — он заметил сомнение на моём лице. — Даю слово.
— Я беспокоюсь не за себя, — я кивнул в сторону Элфи. — Он знает, кто к тебе приходит?
— Мы лишь вспоминаем прошлое и то, чего не случилось. Поверь, вы ему не интересны.
Потомки Когтеточки не интересны? Очень хочется верить в это. Возможно, за мою голову он может выменять у какой-нибудь Златовласки фунт орехов.
— Расскажи о нём, — попросил я.
— Что же?
— Каким он был? Чего хочет сейчас?
— Я порой не знаю чего хочу сам, а ты просишь меня разложить на грибных шляпках желания Светозарного? Дери меня совы, я не настолько понимаю мир.
— Есть легенды. О каждом Светозарном. Но хотелось бы не сказок, придумок, очернения или описания страшных злодейств врагов Айурэ. А правды. То, какими они были в начале. До тех пор, пока не отдались Илу.
Теперь молчание сделалось задумчивым:
— Кем он был до начала восстания и борьбы с Птицами? Его предки служили правящей семье Тегадэ.
— То есть, семье Осеннего Костра.
— Верно. Колыхатель, как и мы все, родился спустя две сотни лет после прихода Птиц. Он посвятил свою жизнь Рут и её церкви. Птицы никогда не запрещали нашу религию, ибо так же верят в создательницу мира и считают её матерью всего существующего, изгнавшей Сытого Птаха.
— В современных монографиях почти не упоминают о службе Колыхателя Рут, — негромко сказала Элфи. — Ибо это бросает тень на храм. Никто не хочет вспоминать, кем был один из Светозарных. Но я знаю об этом. В нашей библиотеке есть семейная книга, спасённая из пожара в старом особняке.
— Зато, юная ритесса, ты не найдёшь ни в одной книге, что у Колыхателя Пучины был старший брат. Величайший воин и боец, служивший Птицам. Не удивляйся. Многие в то время служили Птицам, ибо кто-то хотел выжить, кто-то алкал власти над более бесправными, а кто-то пытался спасти семью или помочь хоть как-то людям.
Элфи подумала несколько мгновений:
— Этот брат тоже стал Светозарным?
— Мудрый вопрос, юная ритесса. Теперь он всем известен, как Отец Табунов.
Я не удивился. Слышал об этом как-то, когда Фрок учила Рейна:
— Действительно, величайший воин той эпохи. Первый генерал армии Когтеточки. Первый лорд-командующий. Первый из них, призывавший к колонизации Ила. Поведший туда людей. И ещё много чего первый… Но зачем нам знать об Отце, когда мы хотим узнать о брате?
— Младший часто следовал за старшим. Это обычное дело, не так ли, Раус?
Я счёл возможным усмехнуться. Очень знакомо.
— Отец Табунов, по сути, стал первопричиной всего.






